Лопата полетела ровно, как то копьё, попав в голову падающему от полученного выстрела в грудь тела. Мал-лей попал тоже. Я замахнулся на упавшее полураздетое тело и вдруг увидел застывший, остекленевший взгляд, смотрящий сквозь меня, и дыру в груди чуть правее левого соска, откуда теперь растекалась бурлящая красная жижа.
Пнув ногой оружие, я выбил у него двустволку из рук в сторону и, быстрее ветра добежав до Урала, принялся копаться в люльке. Найдя аптечку, не открывая, побежал назад.
Он сидел в той же позе, нелепо улыбаясь. Всё в его взгляде говорило мне:
— Пацан, я попал!
Да, братуха, ты попал, и ещё попадаешь. Будут ещё и девяностые, и войны на твоём веку, ты только умирать у меня на руках не вздумай!
Давящая повязка из запакованного валика стерильной ваты, жгут через руку, слабеющее дыхание офицера и фиксация бинта. И всё это под мерцание голубых и синих огней, а также крики набежавших сотрудников.
— Офицер ранен, нападавший убит его выстрелом, внутри — сообщник, застреленный преступником в ходе ссоры. Оружие там. — безэмоционально произнёс я, отступая от засыпающего раненого мал-лея. — Нужна скорая, тут кровопотеря большая.
— Ты кто? Что тут делаешь? — спросил у меня кто-то.
— Я борец. — почему-то ответил я, но сразу же поправился, дав более ясную картину. — Свидетель ДТП и правомерного применения младшим лейтенантом оружия против вооружённого преступника.
А далее я помогал старшему сержанту тащить под руки мал-лея в машину ГАИ, мерцавшую красными и синими огнями. Я сел с раненым на заднее сиденье и давал ему нюхать нашатырь, когда лейтёха пытался отключиться. Я говорил с ним. Сотрудники быстро посовещались и решили, что один из них останется на месте боя, другой же везёт нас по трясучей сельской дороге на дикой скорости, и я всё боялся, что давящая повязка сорвётся, и придерживал её на шее у офицера. Старшой ехал и кричал в рацию, давая координаты происшествия, а потом, переключившись на радиоволну скорой помощи, координировался с ними, чтобы раньше передать офицера им в руки. И выходило так, что именно он и успевал первым доехать до больницы, только нужно было ехать обратно — не в Колодезную или Боево, а в Воронеж.
Этот город никак не хотел меня отпускать! И вот уже нас встречала бригада медработников у главного входа с передвижной кушеткой и капельницей. На бутылке с кровью я заметил надпись:
— 0(I) Rh —.
Универсальная, что ли?
В больницу меня не пустили. Медработник в маске и белом халате сказал:
— Парень, мы знаем свою работу!
Но перед тем как дать закатить в больницу раненого, старший сержант ГАИ обратился к медикам:
— Товарищи, я должен быть с ним там. У него оружие на поясе, которое нужно передать лично его командиру. У меня приказ — охранять.
— Тогда халат наденьте и маску! — было ему ответом, и он кивнул, последовав за увозящими сотрудника медиками.
Я провожал их взглядом, а голубых огней вокруг стало больше. Больница номер восемь сияла ими, как новогодняя ёлка, — это к зданию слетелись все машины города. Новость о стрельбе с участием милиционера — это событие неординарное и редкое. И так будет, наверное, как минимум, ещё восемь лет.
— Парень, сюда сотрудника доставили? — спросил у меня кто-то, и я обернулся.
Ко мне обращался целый подполковник, глядя на меня из окна жёлто-синей «Волги».
— Так, а не ты тот, кто с ним был там? Да? — не дожидаясь ответа, спросил у меня подпол.
Как он узнал? А, ну понятно, я же весь в крови и с ошалелым взглядом.
— Здравствуйте. Да, сюда. Да, я там был. — Тело начало потряхивать, снова отпускал адреналин, меняясь с разумом местами. Меня же могли убить. Снова. Мало того, я даже к этому был уже готов.
— Давай-ка садись в машину. — произнёс подпол и вышел, открыв дверь, прикоснулся к моему предплечью. — Старшина, посмотри пока за парнем!
— Есть! — откозырял усатый седоволосый старшина, выйдя из «Волги» и тоже подойдя ко мне, пока подпол шёл в больницу. Мягко, но настойчиво попросил: — Присядь пока, парень. Как говоришь, тебя зовут?
Я сел в «Волгу», а старшина сел рядом. Понятное дело — протокол. Левая дверь не открывается, чтобы возить жуликов.
— Саша Медведев. — произнёс я.
— Ты, Саш, спортсмен?
— Спортсмен. — тихо проговорил я.
— А чем занимаешься?
— Плаванием. — повернулся я к нему, посмотрев как на дурака.
— Ты не дерзи, я же помочь хочу. Вижу, что борешься. Ух, ё! — и тут он увидел мою сумку и даже просунул в её новые дыры пальцы. — Чем это тебя?
— Тем же, чем и мал-лея. Двустволка, какой-нибудь ИЖ…
— М-да уж. — протянул старшина и, нащупав в моей сумке наручники, вытащил их. С металла осыпалось пара расплющенных дробин, и, видя приближение подпола, он вышел из машины, уступая тому место.
— Так, — начал разговор со мной подполковник, — меня зовут Виктор Семёнович Онисимов, я ответственный по городу Воронеж. Расскажи мне всё, что видел этим вечером? Прям подробно. Начни с того, кто ты и что делал, когда всё началось… Старшина, кнопочку «Запись» с шариком, которая…
