– В ящике стола, – уверенно сказал он, показывая пальцем.
Оставляя мокрые следы, Гера подошел к столу и выдвинул верхний ящик. Он был заполнен нитками, иголками, спицами для вязания и пряжей.
– Здесь нет!
– Посмотри в среднем. Или в нижнем.
Ни в том и ни в другом паспорта не оказалось.
– Мать очень аккуратная, – стал оправдываться Влас. – Она чужую вещь куда попало не кинет… Глянь-ка вон там, под зеркалом.
Гера чувствовал себя гадко. Копаться в чужих вещах, пусть даже с разрешения сына, – дело малоприятное. Но у него не было иного выхода. Полудурок, ущербленный судьбой, отыгрывался на нем, получая удовольствие от одномоментного превосходства.
В широком ящике под зеркалом лежали шкатулки, баночки, тюбики, наборы теней, мозольные пластыри, упаковки таблеток активированного угля и валерианки. Гера скривился от отвращения, мысленно посочувствовав домушникам, которым по служебной необходимости приходится копаться в чужом белье.
– В шкатулке посмотри, – сказал Влас. – Мать там сберкнижку хранит. Может быть, и паспорт твой положила.
Гера открыл шкатулку, приподнял сберкнижку. Под ней лежала дешевая бижутерия.
– Ну! – нетерпеливо крикнул он. – Еще где может быть?
– Да открывай все ящики подряд! – посоветовал Влас.
– Ну вот что! – не выдержал Гера. – Мне это надоело. Может быть, она увезла его с собой?
– Вполне может быть, – согласился Влас. – Ты бы взял что-нибудь в залог. Для надежности. В шкатулке кольцо обручальное есть. Получишь паспорт – вернешь кольцо.
Гера посмотрел в глаза Власу. Странная услужливость дебила его насторожила.
– Где этот санаторий? – спросил он. – Адрес?
– Сейчас вспомню! – кивнул Влас, наморщил лоб и посмотрел на потолок. – Где-то в Пятигорске!
– В Пятигорске? – взвыл Гера и, скрипя зубами, вышел из комнаты, как бык из загона. Дверь он захлопнул за собой с такой силой, что на пол посыпались крошки шпатлевки. Повернувшись к Власу, он схватил его за ворот майки, толкнул на стену и, надавливая кулаком на его горло, процедил: – Слушай меня, дебиленок! Ты немедленно созвонишься со своей мамашей и узнаешь у нее, куда она спрятала мой паспорт…
– Не мамашей, а мамой, – поправил Влас.
Гера вобрал в грудь побольше воздуха.
– Если она взяла его с собой, пусть срочно вышлет поездом с проводником. Завтра я к тебе приду. Гарантирую тебе длительные физические страдания, если не сделаешь все, что я тебе сказал. Понял?
– Понял, – охотно ответил Влас.
Гера оттолкнул его от себя и пошел к выходу. Входная дверь была заперта. Он нервно дернул за ручку и отошел в сторону. Ухмыляясь, Влас вразвалочку подошел к двери, открыл ее и первым вышел на лестничную площадку. Не понимая смысла его действий, Гера смотрел, как Влас, пританцовывая и гримасничая, подскочил к соседней двери, нажал на кнопку звонка и стремглав кинулся в свою квартиру. Дверь захлопнулась за ним с раскатистым грохотом. Гера попытался вести себя достойно и не реагировать на эту пионерскую шутку, но когда соседняя дверь приоткрылась и из проема высунулся блестящий нос, он махнул рукой и прошептал:
– Захлопнись!
Уже смеркалось, когда он вернулся домой. Бодя спал на диване лицом вниз и шумно сопел. На полу стояла бутылка коньяка. Как ни странно, в ней еще что-то осталось.
Гера вернулся на веранду, запер входную дверь, затем растормошил Бодю. Тот вскочил как солдат-первогодок и тотчас принялся приглаживать редкие короткие волосы, которые торчали во все стороны рваными прядями.
– Прикорнул малость, – начал оправдываться он. – Я тебе коньяку оставил. Выпить хочешь?
– Идем наверх, – сказал Гера, поднимая с пола коробку с огурцами.
Поднявшись, он опустил крышку люка и задернул на окнах шторы. Настольную лампу поставил на пол, рядом с коробкой.
– Солить будем? – спросил Бодя, глядя на то, как Гера раскладывает на полу огурцы.
Тот ничего не ответил. Бодя был заинтригован. Он не сводил глаз с рук Геры, словно хотел разгадать технику исполнения фокуса. Гера разобрал последний огурцовый слой и вытащил из коробки кейс.
– Вот так штуковина! – несколько разочарованным голосом произнес Бодя. По его логике, под огурцами непременно должна была покоиться бутылка с горилкой.
– Знаешь, в чем заключается фокус? – спросил Гера, стряхивая с кейса пыль. – Чтобы открыть его и не сломать замки.
– Где ты это взял? – спросил Бодя, принимая кейс и внимательно рассматривая замочки и позолоченный вензель.
– Нашел в бурьяне, – ответил Гера. – Эта штука принадлежит человеку, который убил Воркуна. Убил именно за то, что кейс побывал в руках Воркуна. Понимаешь, о чем я говорю?
– Да иди ты! – не поверил Бодя, невольно перейдя на шепот. – А ты откуда знаешь?
– Сейчас нет времени обо всем подробно рассказывать. Мы должны аккуратно открыть кейс, не поломав замки, а затем снова закрыть.
