— Так и будешь сверлить меня взглядом? — не выдержала я.
— Буду. Ох, Вероника, правду говорят в тихом омуте черти водятся. Как тебе удалось подцепить Огнева?
— Как? — переспросила я. Действительно: как? — Обстоятельства наверное.
— Обычные обстоятельства не в силах заставить Огнева обратить внимание на женщину.
Я пожала плечами:
— Я не знаю как ответить на твой вопрос, — улыбнулась ей.
— Ты просто была сама собой. Ты настоящая, а Огнев, полагаю, уже пресыщен отношениями с фифами мирового масштаба.
— Может ты и права.
— И как давно это длится?
— Эм… месяц.
— Ну что ж, поздравляю. Хотя… я догадывалась.
— Правда?
— Да. Уж слишком быстро ты пришла в себя после той поездки из Швейцарии. Последнее время ты не выглядела печальной, скорее наоборот чрезмерно счастливой. Я предполагала, что у тебя появился мужчина. Нужно было лишь сопоставить некоторые события и детали, чтобы обо всем догадаться.
— Скажите, пожалуйста, мисс Марпл, где же я прокололась? — хмыкнула я.
— Дорогой телефон, который ты не можешь себе позволить. Твой загар, который ты приобрела явно не в солярии. Отпуск Огнева, стал самой популярной темой на этажах, поскольку он ни разу не позволял себе отдых более чем на три дня. А тут, бац, он уезжает на целых десять дней. Тебе тоже, ни с того ни с сего, продлевают отпуск на такой же срок и вы оба возвращаетесь на работу в одно и то же время — оба отдохнувшие и загорелые.
— Думаю ты ошиблась в выборе профессии.
— Ага. И очень об этом жалею.
Мы громко рассмеялись. Надя откинула голову, стуча ладонью по столу, а я скатилась с кресла, держась за живот. Мы смеялись долго, пока громкий стук в дверь не прервал наше веселье.
Я выглянула из-за стола и уставилась на двух мужчин вошедших в кабинет. Быстро встала, одернула юбку и с серьезным видом села в кресло.
— Вероника Андреевна, — сказал один из них. — Прошу вас собрать личные вещи и покинуть здание в течении десяти минут.
Ничего не понимая, я молча сидела и переводила взгляд с одного бесстрастного лица на другое каменное.
— Джентльмены, а не соизволите ли вы нам изложить причину столь нелепой просьбы? — спросила Надя.
— Госпожа Ульянова, наверняка прекрасно понимает в чем дело.
— Взгляните на госпожу Ульянову. Я вижу недоумение на ее лице, но никак не догадку. Так в чем же дело?
— Вы подозреваетесь в корпоративном шпионаже в пользу компании "СтройМастер". В течении недели вам будут предъявлены официальные обвинения. А сейчас, пожалуйста, покиньте здание.
— Это что шутка? — спросила я осипшим голосом.
Мужчина не соизволил ответить на мой вопрос.
Я перевела взгляд на Надю. Она сидела с приоткрытым ртом и недоверчиво на меня смотрела.
— Надя, я понятие не имею, о чем они говорят.
— Наверное это какая-то ошибка, — сказала она непреклонным тоном. — А господин Огнев, вообще, в курсе чем это вы тут занимаетесь?
— Это его личное распоряжение.
Что-то обрывается во мне и тянет в глубокую, темную пропасть. Черная дыра засасывает, уничтожая все живое что еще оставалось во мне.
— Пожалуйста, не заставляйте силой выводить вас из здания.
Поднимаюсь и двигаюсь словно робот: надеваю пальто и беру сумочку.
Мужчины расходятся пропуская меня. Выхожу из кабинета и слышу как они следуют за мной. В холле стоит Ирина Федоровна и осуждающе на меня глядит. Отвожу глаза и натыкаюсь на недоверчивый взгляд Олега Эдуардовича.
— Я не понимаю, что происходит, — говорю безжизненным голосом и останавливаюсь рядом с ним.
Он молчит. Ничего не отвечает.
Я разворачиваюсь и захожу в кабину лифта.
— Я попытаюсь во всем разобраться, — слышу его голос, прежде чем двери успели закрыться.
Мужчины сопровождают меня до самого выхода из здания.
— Не покидайте пределы Москвы в ближайшее время, — говорит один из них. Он окидывает меня взглядом, прежде чем добавить: — Может вам вызвать такси?
Мотаю головой, разворачиваюсь и выхожу на улицу.
Растерянно оглядываюсь по сторонам не имея понятия куда идти. Поднимаю лицо к небу, чувствую касание первых снежинок на щеках и улыбаюсь. Резкий порыв ветра проникает сквозь неплотную ткань пальто. Зарываюсь носом в его ворот, глубоко засовываю руки в карманы и медленно спускаюсь вниз по улице. На душе странное чувство — полное огорожение от внешнего мира. Ничего не вижу вокруг, лишь прямые тротуары покрытые тонким покрывалом пушистого снега. Слабый шум в голове переходит в сильные, ритмичные удары по вискам. Слежу за собой будто со стороны и понимаю, что я абсолютно спокойна. Я уверена — все обойдется, необходимо лишь связаться с Сашей и попросить все объяснить. Дрожащими от холода пальцами открываю сумочку и пытаюсь найти телефон. Тщетно. Вспоминаю, что оставила его на столе на работе. Возвращаться нет смысла, меня просто не впустят в здание.
Наверное это чья-то жестокая шутка, в которой нет ни капли юмора!
