Кира села на сундук и достала из кармана медальон, внутри которого лежал небольшой лист бумаги. Девушка развернула его и начала снова перечитывать строки. Имена мужа и её детей, описание их внешности и характеров. На ладонь упала капля, девушка поспешно спрятала драгоценный листок и разрыдалась. Она уже не помнила, забыла их лица и имена. В памяти остались смутные воспоминания отрывков прежней жизни. Будто она всегда здесь жила, а то всё было сном. Она любила Мердина, он безумно нравился ей. Но она не хотела портить их отношения плотскими утехами, понимала, что его сердце мертво, что вместе они не будут никогда. Если она переспит с ним, то сделает хуже только себе. Сейчас у неё верный друг, который всегда поддержит и обнимет. Сейчас ей этого достаточно.
Вирдал тоже был ей не безразличен. Он как первая любовь, радужный и светлый, именно его улыбка и доброжелательность отложились в её сердце. Это именно то чувство, когда хочется вставать по утрам с улыбкой и не ходить, а летать. Любовь к эльфу же приносила болезненное наслаждение и тягость.
И да, треклятый бабник. Он просто бесил её. Но она чувствовала чисто физическое влечение к нему. Будь всё иначе, она бы имела с ним чистый секс, без отношений. Раньше она подобного не испытывала и подозревала, что это наваждение есть магия, что бездельник наложил на неё.
Вся эта троица уселась в её мозгу и не собиралась уступить ни пяди территории. Будто ей и без этого не было проблем. Когда она поняла, что память начала подводить, то написала тот листок. Раньше ей было проще. Но сейчас, она ничего не помнила и не чувствовала, лишь мимолетную ностальгию, переходящую в тоску по чему-то важному. Именно это ощущение она считала тоской по детям и пыталась передать ласку и нежность Рилдфилу. Хоть его она могла обнять, просто так, по человечески, без всяких пошлых намёков.
***
Когда Кира успокоилась и спустилась из домика на землю, к ней подошёл Рилдфил и с серьёзным видом посмотрел ей в глаза.
— Тебя долго не было. Он обидел тебя, ты плакала?
— Нет, это просто слёзы. Я хочу то, чего не могу получить, потому и плакала.
Вот ведь смышленый ребёнок. Тёмные, не смотря на своё бесстрастие, очень чувствительная нация. Они улавливают малейшее изменение в настроении, по ауре могут видеть эмоциональный фон, а ментальное прощупывание вообще на высоте, в то время как у светлых это слабо развито. А у людей лишь единичные сильные маги могут проникать в разум.
— Ему повезло, — хмыкнул тёмный, — они уже покинули лес. Иначе я бы поучил эту гусеницу манерам.
Насекомые. Кира лишь покачала головой, он до сих пор считал себя выше других светлых. Лишь её он почитал как старшую сестру, а Мердина уважал как равного.
— Забудь уже, нам тоже пора отправляться в путь, — сказала Кира.
— Хорошо, мы готовы, Мердин ждёт у северных ворот.
Кира покидала заставу с лёгкостью, будто там оставался весь её душевный груз. Это и к лучшему.
Когда они отошли на приличное расстояние от лагеря, у Киры скрутило живот. Что она могла съесть то не того?
— Мальчики, — сказала она и остановилась, — мне нужно в туалет.
— А потерпеть нельзя? — Мердин вздохнул и покосился на неё.
— Нет, нельзя.
Она направилась за пригорок, подальше от спутников, но Рилдфил окликнул её.
— Я с тобой!
— Что? Нет-нет, поддерживать меня не надо, сама справлюсь.
— В лесу могут быть дикие или магические звери.
— Я не маленькая, не надо.
Наконец, мальчик успокоился, а Кира поспешила скрыться из виду. Парни сели на землю и замолчали. Через пару минут тёмный вскочил.
— Что-то не так!
— Что ты имеешь ввиду? Думаешь, она надолго? — усмехнулся эльф.
— Нет. Я чувствую чужое присутствие, оно слабое и с примесью чего-то, думаю, они скрываются магией. Лишь на несколько секунд я почувствовал и они пропали.
Он зажмурился и замер. Потом дернулся и испуганно посмотрел на светлого.
— Я не чувствую Киры!
— Что значит твоё “не чувствую”? — Мердин напрягся. Что могло произойти, что за чушь несёт этот мальчик? Он своими глазами видел, как люди покинули Лес, от них диверсии не могло быть. И они же не в дикой части, где полно зверья.
Дроу бросился в ту сторону, куда пошла девушка. Мердин чертыхнулся и поспешил за ним.
— Смотри! — мальчик показал на следы явно мужских сапог и пары лошадей чуть поодаль.
— Не может быть! — воскликнул светлый. — Я видел, что люди ушли! Неужели кто-то из эльфов? Но зачем?
Мердин не стал продолжать монолог, а бросился вслед за Рилдфилом по следам неизвестных.
***
Пару часов назад
Вирдал забрал из рук мага книгу легенд эльфов.
— Что за муть ты читаешь? Нам пора.
— А Сандралла?
— Увы, она хоть и выпила вина, но прежде дезактивировала все яды и зелья. Умная девочка. Зря только пил это мерзопакостное противоядие.
— Тогда, выходит, план номер два?
— Верно, Игдриен, верно.
Маг лишь подхватил с земли пару сумок и направился вслед за хозяином. Именно так, он чувствовал себя слугой. Перед южными воротами их ждали лошади, привязанные к специальной палке, и какой-то незнакомый эльф, что должен был их сопроводить.
