Когда они вернулись на Чейн-Уолк, Марианна проводила одна почти каждый вечер, в то время как Мик уходил «работать». Пожалуй, Марианна была единственной из лондонской рок-тусовки, кто не знал, что Мик влюбился в Маршу Хант. Ему нравилась в ней мягкость, доброта и проницательный ум, которыми она так напоминала ему Марианну. Но вдобавок Марша любила его, поддерживала во всем и не винила в смерти Брайана. Брайан, господи… Черт, ну и что же ему теперь делать с этой смертью Брайана?
За африканскую прическу он прозвал Маршу Фуззи-Вуззи. Он часто проводил ночи у нее на квартире в Сенг-Джон-Вуд. Они слушали музыку, курили траву и занимались любовью. Он не мог заставить себя окончательно порвать с Марианной. Собственно, он и сам не знал в тот момент, чего хочет.
Марианна не спрашивала его, где он был, точно так же как и он ни о чем не спрашивал ее, когда она снова села на героин. Они никогда ни в чем не отчитывались друг перед другом. Но Марианна понимала: если она хочет жить дальше по-другому, ей надо уйти от него.
— Понимаешь, Тони, — говорила она мне, — я потратила огромную часть своей жизни на то, чтобы быть при Мике, — вместо того, чтобы заниматься самой собой. И теперь мне надо уйти и показать всем, на что я способна. Доказать, что я не шлюха и не блудливая падшая женщина.
Наконец «Роллинг Стоунз» отправились в первое за три года американское турне. Марианна, взяв с собой маленького Николаса, переехала жить к матери, в домик с соломенной крышей в глуши Беркшира.
Когда Джаггер улетел, Марианна решила, что участь средневековой женщины, проводившей супруга в крестовый поход и терпеливо ожидающей дома его возвращения, ее не устраивает. Она хотела отдохнуть душой и пожить своей жизнью. Она начала общаться со старыми друзьями, и у Роберта Фрейзера встретила Марио Шифано, кинопродюсера-миллионера. Она встречала его и прежде, и он ей нравился, но тогда рядом был Мик, и ни о каких отношениях не могло быть и речи. А теперь Мик был далеко; кроме того, Марианна в конце концов узнала о его отношениях с Маршей. Так что когда Марио предложил переспать с ним, она с радостью согласилась.
Он подарил ей норковую шубу, постоянно говорил, что любит ее, и наконец улетел с ней в Рим. Джаггер, когда до него в Америке дошли слухи об уходе Марианны, был взбешен: глупая дура наставляет ему рога, подрывает его авторитет, и над ним теперь смеются! Что ж, ладно, так легко он ей этого не простит.
А она радовалась возможности отплатить Мику за все те унижения, которым он подвергал ее. Она давала интервью и рассказывала о своем новом мужчине.
— Марио, — говорила она, — это моя истинная любовь, мой Прекрасный Принц.
«Роллинг Стоунз» были уже настолько знамениты, что даже слухи об их приезде в Германию могли спровоцировать беспорядки. Когда «Honky Tonk Women» блистала на первых местах всех хит-парадов, в Восточном Берлине прошел слух, что «Роллинг Стоунз» приедут в Западный Берлин и отыграют концерт на крыше дома, принадлежащего издателю Акселю Шпрингеру. Западные берлинцы решили, что смогут посмотреть на «Роллинг Стоунз» в бинокли и послушать издали их музыку. В итоге около десяти тысяч фанов, словно молодые бойцы Красной армии, собрались у Берлинской стены. Пограничники набросились на толпу молодежи, в ход пошли дубинки, сапоги и кулаки. Наконец их разогнали — с помощью бронированных автомобилей — и больше сотни человек упрятали за решетку. Между тем самих музыкантов в то время в Германии не было, и никакого концерта ни у кого на крыше они давать не собирались.
Подростки были в ярости. «Роллинг Стоунз» обещали, что выйдут на сцену в полночь, но вот уже четыре утра, а их нет и в помине. «Что вы вообще о себе возомнили»?» — кричал молодой парень с куполообразной прической, одетый в футболку цвета хаки, обращаясь к огромной пустой сцене «Инглвуд Форум» в Лос-Анджелесе. Его крик подхватили другие, и скоро в зале началось настоящее столпотворение. Гнев зрителей подогревало то, что многие знали из газет о завышенной цене билетов. Джаггер же заявил, что цена билетов назначена владельцем площадки. В других статьях обсасывались слова «Роллинг Стоунз», что их выступления — самые дорогие в мире. Вся эта шумиха вокруг билетов и группы настолько разозлила одного из самых уважаемых промоутеров в Америке, Билла Грэхэма, что он сказал репортеру: «Может быть, Мик Джаггер и хороший исполнитель, однако как человек он — эгоистичный болван».
Казалось, впервые за свою карьеру Мик и Кит так сильно оторвались от реальной жизни. Они настолько одурели от лести поклонников, что уже почти поверили в то, что они для многих и Сатана и Господь Всемогущий в одном лице.
Поначалу, когда они только приехали, поклонники действительно были в восторге. Столь любимые Америкой «Битлз» не появлялись в Штатах уже три года, и молодежь начинала потихоньку понимать, что Джон, Пол, Джордж и Ринго близки к тому, чтобы возненавидеть друг друга. Боб Дилан не давал концертов. «Роллинг Стоунз» оставались последними рок-гуру шестидесятых, которые до сих продолжали концертную деятельность.
