Внизу тиснеными, почти резными знаками было указано: «Предназначен для знакомства молодняка с окружающей средой». И совсем мелким шрифтом: «Учитесь читать так, как завещали наши предки!».
Я открыл талмуд и углубился в чтение.
***
Помимо рассказов о животном мире планеты-океана в системе Капеллы, я наткнулся ещё и на приключенческую историю.
«В беспредельном тёмном пространстве, заполненном гармонией музыки вселенной, — читал я,— летит зеленоватый шар четвёртой планеты системы Вега-два (данные о местонахождении; парсеки, способ подлёта, число гасилок на участке). В районе субтропической материковой зоны (данные о местонахождении; долгота, широта) мы обнаружили несколько поселений гуманоидов. В наиболее мелком проживает около пятисот особей, в крупных — до тысячи. Связались (данные о частотах и способе связи). Оказалось, на планете проживают кибермодифицированные люди и население земного типа эволюции в соотношении один к трём. Ведётся торговля между материками и зонами влияния. Общая численность до семидесяти тысяч жителей. Интерес представляют кибермодифицированные люди, которые в настоящее время активно борются за свои права».
***
Собрав все полученные знания, я торопливо, чтобы не потерять эту ценную информацию по дороге, понёс её на вытянутых руках к руководителю нашего летающего бочонка.
Сразу к нему не допустили, но велели подождать… на внешнем рейде. Я передал (под расписку) полученные и расшифрованные с таким трудом секретные данные и начал процедуру ожидания.
Наконец, мне было разрешено пройти. За длинным овальным столом сидели четыре офицера старшего комсостава. Завтрак подходил к концу, и меня впустили, как десерт в виде вишенки на тортик. Результаты перевода признали… приличными.
Диссонансом прозвучала только история о планете с добивающимися равноправия киборгами.
Руководитель напряг жевательные мышцы и изрёк:
— Надо доложить. Мы в одном прыжке.
Высокий червеобразный заместитель руководителя, с осуждением посмотрев на меня, разумно указал:
— На планете неконтролируемые киборги. У нас тридцать пять плохо обученных рейнджеров-срочников. Семьдесят процентов личного состава (он опять обречённо поднял глаза) молодняк. На базе доложим.
— Мы в одном прыжке, — упрямо возразил капитан-лейтенант.
***
Часа через полтора наш агрегат, медленно поменяв направление, повернулся хвостом к Базе и лёг курсом в систему Веги-два. Вечером Колян невзначай поинтересовался:
— Санёк, а ты сам переводами занимался или с ассистентом… с косой?
Весь день ощущая себя Троянским конём, носителем забрюшной подставы, я обречённо покивал головой. Врач разлил нам по мензурке успокоительного, и мы собрались спать.
Повторное посещение нашего кубрика Митрий Дмитричем заставило вздрогнуть даже политически выдержанного штурмана.
— Ну что, доигрались, - хмыкнул он, входя. - Приказ получен. Операция боевая. Всем быть готовыми. Каждый получает в распоряжение по пять рейнджеров.
Он посмотрел на приосанившегося Вована и добавил:
— А Вам, военврач, приписали троих. Эвакуацию груза двести производить. Идите, знакомьтесь с личным составом…
***
Первое, что я почувствовал, спустившись на нижнюю палубу, был запах. Давно знакомый запах… боли. Тот самый странный горько-острый, исходящий от измазанных застарелой кровью человеческих ботинок.
У меня закружилась голова, и автоматически включившийся, тихо дремавший много месяцев процессор с гулким грохотом сообщил всей поверхности головы:
— Кибермодифицированных объектов на военном космографическом челноке «БОЧ—ЧП 6213» не обнаружено.
И после перезагрузки, более хрипло и обиженно:
— Не обнаружено…
Но тогда откуда запах? У меня галлюцинации от воспоминаний? Так нет их давно, вычеркнул я их из памяти. А вонь стоит!
К нашей сбившейся в панике ячейке «младшего комсостава» подошёл Он, обладатель запаха. Снисходительно посмотрев на «компашечку салаг», бодро представился:
— Здравия желаю, господа лейтенанты, старший сержант-сверхсрочник Свиридов. Меня предупредили о вашем прибытии в наше распоряжение. Личный персонал построен для знакомства.
Потом, снисходительно подмигнув, добавил:
— Выбирайте.
Ребята похватали кого попало, а я, переполненный процентами «выживания при ЧС», робко посмотрел на оставшихся и выбрал: четырёх доходяг и… Свиридова.
***
В офицерской столовой кормили… прилично. Пожрав суп на бульоне-кубике и макарон с реально попадающимися волокнами мяса и жира, я по привычке напился сахарного сиропа и отправился дегустировать обед у подопечных.
Совсем недавно меня, как «излишне знающего студента», включали в проверку учёта остатков питания на солдатской кухне, и поэтому я, конечно, был знаком с меню. Тогда же, под возмущённым взглядом Володи, была списана партия рыбных консервов две тысячи неизвестного года, пролежавшая сто лет на каком-то армейском складе и разумно (!) отправленная в полёт.
Не сомневаюсь, что наш завхоз хотел получить премию за рачительное отношение к приписанному ему имуществу…
