После всех этих ее слов спал я ужасно. Снились мне эльфы с весьма нескромными желаниями. Я отбивался от них как мог.
Утро не принесло облегчение.
Встал я раньше и в гигиенической комнатке провел необходимое мне время. Но вот с завтраком возникли проблемы. К тому же униформа сидела впритык, туго стягивая все, что только возможно. И комфорта это не прибавляло. Потом звякнул почтовый портал. Решив, что королева вспомнила обо мне, я вскрыл конверт.
"Милая, я скучаю!"
Дальше, демону моего происхождения следовало запечатать конверт и вернуть на место. Но я теперь человек, женщина и принцесса-шпана. Пора уже с этим смириться. Как там? Сидя в навозе - глупо следовать этикету. Никаких метафор! Я в этом по самую макушку. И довольно. Поэтому, со спокойной совестью продолжил чтение.
"Мир без тебя мне совсем не интересен. Но и новости озадачили. Что это значит - тебя уплотняют? Они хотят больше денег за проживание? Есть ли возможность откупиться от этого уплотнения? Я не хочу делить тебя ни с кем. Мысль, что есть мгновение, когда ты думаешь не обо мне, приводит меня в отчаянье.
Как дела у наших общих знакомых? Ты давно их не вспоминала, позволь попенять тебе на это. Говорят, в городе не спокойно, береги себя, не выходи часто или успокой мое сердце, что все эти слухи лживы.
Ты мне снилась, в очередной раз, сон был тревожен. Надеюсь твои чувства ко мне не изменились и разлука не ослабила нашу связь.
Я жду и желаю твоих писем, подробных и обстоятельных".
Подписи не было, но кто этот анонимный адресат было и так понятно. Кирелли. А любопытная у них переписка. Это я и сказал своей соседке, когда она соизволила посетить столовую.
-Конспирация, ха!
-Отвечаешь в том же стиле?
Она загадочно улыбнулась:
-К демонам, Кирелли! Я есть хочу!
Лишь вечером, после подробного знакомства с заведением, называемым Школой Магии, мы вернулись к этому разговору.
-То что я ему пишу... еще похлеще будет! Он в своих письмах весьма сдержан. Покопайся в столе, там есть несколько копий. Или у Ники-Августы спроси, у нее вся наша переписка. Сейчас, приму ванну и будем писать ответ,- обнадежила меня Элизия.
Делала она то, что намеревалась, долго. Я успел придумать и забыть пару заготовок любовных посланий. До сих пор упражняться в эпистолярном жанре не было нужды. Я ни к кому, никогда не пылал страстью настолько, чтобы изливать ее на бумагу. Наконец, Элизия вышла, томно-распаренная, в тонкой, почти просвечивающейся ночной сорочке. И как ей это удается? Или существует особый, неведомый мне график подачи горячей воды?
-Давай скорее, спать хочу. Пиши.
-Мне нужен образец твоего почерка. Пиши сама.
-Да? Почерк? Действительно, было бы странно... Хорошо. Не забыть бы еще сделать копию.
Она села за стол, я склонился над ней. Девушка пахла можжевеловой хвоей, совсем не подходящий запах, надо будет сменить дешевое мыло на привычный мне гель.
-Не навесай, садись рядом. Приступим!
Я подал ей ручку, листы бумаги уже были наготове.
"Милый! Пишу сразу, как представилась возможность, печально, что наши жизненные графики не совпадают. Ты тоскуешь по мне по утрам, я же провожу ночи в безысходной печали, вспоминая наш единственный целомудренный поцелуй".
Поставив точку, Элизия задумалась, сунула ручку в рот и начала ее грызть. Меня передернуло от перспективы делать то же самое, в ближайшем будущем.
"В город я не выхожу, по причине недостатка средств, по той же причине не навещаю знакомых. В одном и том же платье выходить в свет - дурновкусие. Жаль, что мой опекун жаден до неприличия, глух к моим страданиям и не желает удовлетворять мои нужды. Которые все возрастают".
Она опять прервалась и издала смешок:
-Понял? Он, в финансовом смысле, и есть мой опекун. Как думаешь, довольно или добавить перчику?
-Но ты же ничего толком не написала, Кирелли задавал вполне конкретные вопросы.
-Вот еще! Пусть радуется, что вообще пишу. Ладно, продолжим издеваться.
"От уплотнения уклониться не было никакой возможности. Ко мне подселили! Студента! Мужчину! Я устроила скандал, но тщетно. Других мест для этого красавчика не нашлось. О, прости, это описка, по сравнению с тобой он и дурно сложен, и на лицо уродлив, но мои сокурсницы считают иначе, и даже выражают зависть! Я вынуждена теперь страдать от недостатка средств, от зависти злопыхателей и от того, что вынуждена делить тесное пространство с мужчиной. Невозможно привыкнуть к тому, что натыкаешься на него на каждом шагу. Ко всему, манеры у него ужасные, по всему видно - альфонс и не без таланта".
Я был просто ошеломлен, Элизия же наоборот наслаждалась своими выдумками.
-Ну как? Поддать жару?
-Это возможно?
-Еще как!
"К счастью, у нас раздельные спальни. К несчастью, без внутренних запоров. Но опять же, к счастью, мой сосед не беспокоит меня ночами и я могу предаваться сладким фантазиям о тебе. О красоте лица и совершенстве твоего тела, упругости и рельефе...".
Тут она приостановилась, потом повернулась ко мне и, ловко засунув ладонь под рубашку, стала выглаживать. От подобной наглости я впал в ступор. Продолжалось это недолго.
