–Пошли! Будем думать.
Мысль: "А оно мне надо?", признаюсь, промелькнула, но совесть, второй раз за утро, так некстати вмешалась!
Фейку пришлось будить и гнать на кухню за завтраком. Принцессу Улиту я первым делом отправила в купальню, туда же отнесла одно из своих домашних платьев. Когда она вышла, наконец, стол был накрыт, я даже успела съесть пару горячих, только из печи, булочек. Распаренная, раскрасневшаяся, она уж не выглядела так жалко, лишь покрасневшие белки глаз портили картину. И заторможенность: она неловко села, взяла в руки чашку, да так и замерла, погрузившись в свои мысли.
–Хватит! Не плакать! Не жалеть себя!– прикрикнула я, зная, как действует обычно такая команда.
Фейка неодобрительно покачала головой, вышла, вернулась с флакончиком. Капнула несколько капель в чай и приказала таким тоном, что и я вряд ли решила бы ослушаться.
–Пей! Все! До дна!
Видимо, так и надо с истеричными принцессами обходиться – Улита ее послушалась.
–А теперь ешь!– вновь приказала Фейка,– И рассказывай!
Улита взяла двумя пальчиками пирожок, откусила и отложила:
–Не хочется, правда, не хочется...
–Ничего страшного, впереди у нас официальный завтрак,– с долей иронии напомнила я.
Она подняла свои глазки на меня и взгляд этот, взгляд затравленного животного, очень мне не понравился.
–Что мне делать теперь?– тихо спросила она.
–Не держать в себе, говорить. Обещаю, все сказанное останется между нами. Если ты не расскажешь, я не буду знать как тебе помочь.
–Обещаешь?
–Да. Постараюсь и дуэнью твою заболтать. Ты просто зашла ко мне в гости, мы играли, ну хоть в фанты, увлеклись и ты осталась ночевать у меня. А с утра мы решили вместе пойти на отбор. Дуэнья твоя – всего лишь прислуга, ты не обязана перед ней отчитываться или оправдываться. Сделаем вид, что мы близкие подруги, тем более я знакома с твоим братом.
–У меня никогда не было подруг...– задумчиво проговорила Улита.
У меня тоже, кстати, все больше с мальчишками в детстве дружила. А потом маман ни на минуту не давала забыть о моем "особом" статусе.
Я посмотрела на Фейку. Та кинула взгляд на чашку Улиты, потом перевела взор на меня, кивнула, мол – зелье подействовало, дальше сама. И отправилась к себе, явно досыпать!
Ну хоть платье на выход приготовила. А мне тут душещипательные разговоры вести, в которых я, скажем так – не сильна.
Поэтому прямо и в лоб, жестокосердно произнесла свою догадку:
–Принц Амотиан Истианен?
–Да,– выдохнула моя гостья.
–Рассказывай. Все и по порядку. Если хочешь, чтобы я тебе смогла помочь.
Видно было, что слова даются ей тяжело, но хотя бы не было этих позывов на слезы, хорошие все-таки у Фейки зелья!
–Не знаю, как все случилось, мы гуляли в парке, с Лаурой, из Лябиса, она такая умная, про цветы все знает, зашли в оранжерею. Оказалось, что там много цветов из ее королевства. Она очень интересно про них говорила. Даже сорвала один и приколола к моим волосам. "Он так подходит тебе",– сказала она. А потом мы решили зайти в салон к леди Лильянне, я совсем не ожидала, что он будет там.
–Амотиан?
–Да. Его Высочество сразу подошел ко мне, я помню еще, как леди ободряюще улыбалась... мы танцевали, словно парили в облаках и сам Господь нам играл мелодию. Амотиан говорил, что я должна подчиниться ему, и тогда наш танец будет совершенным.
Улита замолчала. Я подлила ей чаю, чтобы дать время собраться с мыслями.
–Цветок в волосах,– спросила,– Какое послание он нес?
–Не знаю. Но ты же не думаешь, что Лаура могла специально меня опозорить?
–Думаю. Могла и сделала это. Она просто решила убрать конкурентку, и на этом, будь уверена, не остановится. Но я бы не сказала, что она опозорила тебя, вечеринки у Лильянны неофициальные, все можно представить как шутку.
–Наверное...– неуверенно ответила Улита,– Ты такая смелая, подарила Владыке такой букет, я бы не смогла.
Я начала раздражаться. Ей бы хоть толику самоуверенности братца! И не обо мне речь! Решительно незачем затягивать разговор и щадить ее чувства:
–Что вы делали дальше, после танцев?
–Не помню, пришла в себя уже в его покоях, я еще удивилась, почему мы здесь?.. Он говорил такие слова, мне никто раньше такое не говорил! И пили вино из одного бокала, а потом я пила из его рта... Боже!.. я это делала!
–И? Дальше?
–Он снимал с меня платье, это я помню, я испугалась, было зябко, а потом жарко, он все целовал меня и говорил... а потом снова, как танец и парение в облаках...
Я вздохнула. Слушать и дальше про "парение в облаках" совершенно не хотелось.
–Но ты нормально сидишь и ничего у тебя не болит?– спросила я предельно откровенно.
Она вскинула на меня свои очи полные недоумения:
–Не болит. А должно?
А я откуда знаю? Говорят, должно. Я еще раз вздохнула и спросила прямо в лоб:
–Ты отдалась ему?
–Я не знаю... не помню... только смех его, улыбку, сияние глаз, легкость в теле и мое сердце словно пело...
Отлично! Она не помнит! А может и к лучшему?
–Сердце пело...– подсказала я Улите,– А затем?