— Кирилл, ты решил у меня приступ аллергии вызвать?
— Сейчас выбросим букет, ты только посмотри.
— Не нужно выбрасывать, цветы очень красивые, — просит солнышко и всё же наклоняется ближе к букету. Всматривается в него, затем отстраняется и снова всматривается в самый центр нежных лепестков:
cf9715be-6bf9-4a53-9a84-ba2e0c83ecc4.jpg
— Что это, Кирилл?!
— А на что похоже? — смеюсь я.
— На кольцо. Зачем мне кольцо? — идёт в наступление солнышко. — Мне не нужны такие дорогие подарки. Здесь же не фиониты и не горный хрусталь?
— Нет, Софи. Это бриллианты. Действительно дорогие, потому что они очень прозрачные и в них много карат. То есть камни достаточно крупные. Но это не совсем подарок, — я вынимаю кольцо из середины лилии и медленно надеваю на безымянный палец её правой руки. Несколько секунд любуюсь, как смотрится колечко на тонком пальчике. Моя метка на её пальчике! Знак принадлежности мне. Моя! И этим всё сказано. Как хорошо, что с неё сняли гипс. Набираю воздуха в лёгкие и произношу слова, которые не думал никому говорить. Волнуюсь, как мальчишка-подросток, впервые приглашающий на свидание понравившуюся девочку. — Софи, выходи за меня замуж. Пожалуйста, солнышко, согласись.
Она непонимающе смотрит на палец с кольцом, затем на меня.
— Кирилл, это у тебя шутки такие?
— Нет, Софи. Я серьёзен, как никогда. Выходи за меня замуж! Стань моей женой.
— Зачем замуж? Туда зовут, когда любят. А там понимают, что и не любили, — глядя в пол произносит солнышко. — Мы оба были там. И оба поняли одну и ту же истину.
Беру в ладони её лицо, смотрю в упрямые изумрудные глаза. Такие дорогие и любимые. Самые родные на свете. Самые прекрасные из всех, что существуют в нашем огромном мире.
— Потому что я люблю тебя, Софи. Без всяких граней. Как никого и никогда не любил. Знаешь, увидев твоё фото, я подумал, что ты чем-то похожа на мою бывшую жену. Но я ошибся. Это она чем-то похожа на тебя. Поэтому я и выбрал её, но понял, что она — не ты! Я совершил ошибку, теперь я хочу её исправить. Я очень люблю тебя, моё солнышко. Давай проведём работу над ошибками. Пожалуйста, Софи, дай нам шанс.
В её глазах стоят слёзы. И я целую, чувствуя на губах солёную влагу. Я не хочу, чтобы она больше плакала. Если, только от счастья.
— Кирилл, — она хочет возразить. Моё упрямое солнышко! Закрываю её рот очередным поцелуем.
— Скажи, что любишь, Софи. Ты же любишь, да?
Она кивает, но продолжает молчать. Слова запрятаны глубоко, где-то внутри её сердца и теперь их не так-то просто достать. И виноват в этом лишь я сам. Она жила по моим правилам. И за одну секунду их не изменить. Но я знаю отличный способ заставить её забыть обо всём.
Сегодня на Софи лёгкое цветное платьице. Оно очень идёт к её внешности и делает похожей на юную девочку. Моя жена. Эти два слова застревают внутри меня не находя сопротивления, но и не растворяясь без остатка. Непривычно. Из раздела фантастики. Но я готов всё начать сначала. По нашим общим правилам. Вместе с ней.
— Кирилл, ничего не получится, — начинает малышка. — Мы же попробовали, не получается. Слишком много у нас различий.
— Конечно много: ты женщина, а я мужчина. И мы оба знаем, какие приятные у нас с тобой различия, — говорю ей и снова целую в губы. — Хочу тебя, Софи. Здесь же у нас всё получается?
Вновь начинаю целовать, сминая руками тонкое платье. Подхватываю на руки и несу на кровать, осторожно опускаю и, сбросив на пол покрывало, кладу солнышко в центр огромного ложа.
— Кира, Кирочка, — шепчет девушка, удерживая меня одной рукой. Вопреки собственным словам, она уже не хочет меня отпускать. Вновь целую, пытаясь успокоить дрожащую девушку.
— Софи, я не уйду, не оставлю, лишь на минуту.
Приподнимаюсь, чтобы не прижать больную руку и скольжу губами по её шее, плечам, верху груди. Она вновь шепчет моё имя, но в хриплом голосе я слышу отголоски разгорающегося желания. Ещё секунда и будет самый настоящий пожар. Стягиваю бретельки платья, щёлкаю застёжкой кружевного лифчика и касаюсь губами набухшего соска. Он именно такой, как мне нравится: налившаяся желанием ярко-розовая ареола. Дразню её языком, облизываю и посасываю. Как же хорошо, не оторваться, но нужно двигаться дальше. Солнышко вновь стонет, выгибается, обхватывает меня ногами. Моя соскучившаяся нетерпеливая девочка. Но долго мучить её просто не могу. Самого буквально разрывает от желания как можно скорее оказаться в её горячем сладком теле. Становлюсь на колени и стягиваю с неё платье вместе с трусиками. Она послушно приподнимает попу, помогая мне. Быстро освобождаюсь от собственной одежды. Можно было всё и не снимать, но я знаю, как Софи нравится прижиматься к моему обнажённому телу. Да и мне тоже. Хочу её чувствовать каждой клеточкой собственного тела. Рука Софи тянется к возбуждённому, подрагивающему от нетерпения, упирающемуся ей в бедро члену. Пальчики обхватывают твёрдую плоть, скользнув по влажной головке.
— Кира, пожалуйста.
