— Так…так…Чтобы уйти из своего мира, надо чтобы не было привязанностей в своем, так…ну чаще всего так! Но иногда бывает, что надо кого там спасти…мир, блин, в опасности, и только, блин, такая из себя растакая попаданка и может всех спасти… Нет, нет, нет… Я не о том думаю. Я хочу вернуться. Я ОЧЕНЬ ХОЧУ ВЕРНУТЬСЯ! А потому меня НИЧТО не может здесь удержать, ведь так? Когда умерли родители, и я осталась одна на целом свете, и до меня никому не было дела…да, тогда могли сюда забросить. Но когда я после стольких лет ожидания, наконец, встретила человека, который идеальная половина меня… неееет, они не могут. Значит нужно вернуться. А как? — произнеся этот сумбурный монолог, Эллина резко остановилась около каменного ограждения. В самом центре лежала ее сумка, о которой она до сих пор не вспоминала. После некоторых раздумий Эллина резво перескочила через камушек пониже, подбежала к своей сумке, схватила ее и прижав к себе, зажмурилась. С первой секунды, как она попала в круг, звуки леса заменил уже знакомый гул. И сопровождалось это не очень приятными ощущениями. Но Эллина стиснув зубы, продолжала стоять в центре. Уши заложило, а от желудка медленно начала подниматься тошнота, а в остальном все оставалось прежним. Никаких изменений. Вспомнив, что деревья вокруг нее тогда дико кружились, она приоткрыла глаза. Черт! Деревья стояли неподвижно. И свечение, о котором она только что вспомнила, не было. И все равно она упрямо продолжала стоять на месте. И только когда тошнота подобралась прямо к горлу, она сдалась и убежала с лужайки. Выбежав из круга, она судорожно дышала, пытаясь прийти в себя. Когда ей полегчало, она достала из сумки, которую уже не выпускала из рук, бутылку воды и начала жадно пить. Выпив полбутылки, оставшейся водой она умылась. Вытащив телефон и посмотрев на него, горько усмехнулась. Нет сети. Кто бы сомневался. Потом она достала косметичку и начала приводить себя в порядок. Влажные салфетки, пудреница…аккуратно снять тушь, убрать остатки помады… В этом чуждом мире, знакомые, доведенные до автоматизма действия, помогли привести мысли в порядок. Смирившись с фактом нахождения здесь, а не там (надежду, что это не так развеяла одежда на ее спасителе, даже в джунглях Амазонии так не одевались), она начала думать, что делать дальше. Первоочередная задача — язык. Если она не сможет объясниться, она не сможет собрать информацию. А без информации, как известно…хм, можно даже не продолжать. Научится говорить без помощи аборигенов не возможно. Значит нужно искать такого аборигена, который не продаст ее в рабство…ну или что там еще может грозить… Остается только уповать, что это окажется какой-то принц, или на худой конец герцог, который должен по сценарию помочь ей обустроится в этом мире, подумала она, бросив взгляд на мешок, оставленный спасителем. Черт! Черт! Черт! А если он пошел за подмогой. Вдруг она по их понятиям ведьма и ее надо сжечь, а он пошел звать церковников, у которых лицензия и монополия на разведение костров вокруг этих самых ведьм. Черт, надо прятаться и побыстрее. Я даже не знаю, сколько времени я здесь сопли размазываю. Все, ухожу…
