Потом погрузили нас в эшелон и отправили в Котельниково. Не доезжая станции Бахмач эшелон остановился, и нам скомандовали выскакивать и рассредоточиться в поле. Выскочили, залегли. Поселок бомбили немцы. Немецкие штурмовики летали очень низко, и Бахмач разбомбили основательно. Станция полыхала. Развороченные пути восстановили только к ночи, тогда смогли пропустить эшелоны. Поехали дальше. Начиналась осень. В пути на станциях местные женщины бросали нам в теплушки арбузы. Оборванные, грязные, раненые, мы добрались до Котельниково. Там, за поселком, полк начал копать землянки. На роту, 50 человек — одна землянка. Наш полк переформировали в мотострелковый. Укомплектовали его морскими пехотинцами. Пришли моряки, мощные ребята, красавцы. Поступили семь тяжелых танков КВ. Сформировали танковый батальон, а также несколько артиллерийских батарей. В Котельниково какое-то время танкисты занимались тактикой танкового боя. И мы, «безлошадные», с ними ходили, «пешим по-танковому». Командир покрикивает, а мы всем экипажем, вчетвером бежим вперед, по команде разворачиваемся, перестраиваемся. После занятий обязательно на ближайшую бахчу завернем, арбуз скушаем и домой.
Вскоре полк погрузили в эшелон и отправили до Батайска. Оттуда ребята двинулись к Ростову, на фронт, а нас, танкистов без машин, отправили в 29-й запасной танковый полк, в Сталинград. Там с нами тоже проводили занятия. Изучали средний танк Т-34 теоретически. Танков не было, все на фронте. Отрабатывали вождение на танкетке. Экипаж два человека, справа механик, слева пулеметчик, между ними ГАЗовский двигатель. Один рычаг. Вперед толкнешь — поворот направо, назад — налево. Нас предупреждали, чтобы двигатель не перегревали, иначе танкетка может загореться без помощи противника. Посмеялся я над такой техникой.
Тем временем к нам в запасной полк приехал представитель Сталинградского танкового училища капитан Огородников. Всех имеющих среднее образование вызвали для беседы с ним. Я зашел, он видит — медаль. Спрашивает:
— За что получил?
Я рассказал. Он говорит:
— Мы вас приглашаем в Сталинградское танковое училище.
Так и сказал «приглашаем».
Я отвечаю:
— Не хочу я в ваше училище. Я и так танкист, скоро танк получим и вперед, на фронт.
— Есть приказ Сталина, всех таких, как вы, отправлять учиться.
Тут не поспоришь.
О начале Великой Отечественной я узнал так: всех собрал начальник училища на площади, даже вернули тех, кого уже отправили, общее построение, на котором нам сообщили, что сегодня ночью немцы напали на Советский Союз. В общем, нас отправили по назначению в части. Жаль, не помню, где формировалась моя 260-я стрелковая дивизия. Определили в 1028-й стрелковый полк, там распределили командиром взвода в 1-ю роту 3-го батальона. В моем взводе оказалось всего 16 человек личного состава. Нас вооружили винтовками, дали лопаты, противогазы, один станковый пулемет, один ручной пулемет, ротный 50-мм миномет. Потом подошло пополнение, и формирование мы закончили только к осени.
Нас прислали на Украину, и уже вскоре мы начали отступать, так как оказалось, что все, к чему нас в училище готовили, была детская игра по сравнению с тем, что происходило на передовой в реальности. Нас ведь по методам Гражданской войны учили: конница справа, конница слева, по щелям танка стреляй. А в реальности все по-другому: у нас шесть или восемь пар лошадей пушки таскали, за ними мы шли, а у немцев все бронированное и моторизированное. Такая армада тогда сильно нас испугала.
Первый мой бой был у небольшой украинской деревушки, к сожалению, не помню, как деревушка называлась. Наш командир батальона капитан Осипов приказал поднять моему взводу противотанковую пушку на церковь, но артиллеристы даже единственного выстрела не смогли сделать, так как разведка немцев точно знала о том, что у нас и где расположено. И перед самым наступлением они четко сняли эту огневую точку — пушку.
В первом же бою нас атаковали танки, но все по порядку. Там текла небольшая речка. Наш полк находился в лесу, 3-й батальон перешел реку и пошел вперед углом, чтобы сообщить о том, в каком количестве и составе противник начал наступление. Из нашего батальона заранее отправили вперед боевое охранение, и этот взвод немцы сняли, о чем мы не догадывались. Только мы начали разворачиваться, как немцы сразу танки пустили, а на расположенном невдалеке холме стояли какие-то деревянные избушки, покрытые соломой. За считанные минуты зажигательными смесями немцы все сожгли, и мы это видели. Тяжело тогда было, только прошли через речку, а немцы с двух сторон нас уже обошли. Действовали они быстро и грамотно. В итоге мы успели отступить, благо лес был на той стороне, и нам удалось уйти.
