Этот план рухнул, когда в середине дня Оксана решила снова отправить новенькую в кабинет директора. Пока Кира была в отпуске, в отдел взяли парнишку специально для таких задач, но в тот день его уже успели нагрузить работой.
— Там, походу, опять косяк с базой данных, — сказала коллега, — проблема мелкая, но незнакомая. Нужно сходить к Гридасову и понять, почему так происходит. Может, он там что-то накосоебил, а может, дело снова в системных ошибках. В общем, разберешься.
— Я не пойду туда! — запротестовала Кира и умоляюще воззрилась на Оксану.
— Больше некому. Наш новичок сейчас разгребает завалы в серверной, так что остаешься ты, не мне же идти. Сходи, почини, там делов от силы минут на двадцать. Лады?
Кира вздохнула:
— Лады.
Еще никогда девушка не шла в кабинет директора настолько медленно. Она еле плелась вверх по лестнице, лишь бы максимально отсрочить неизбежное. Если он не хотел ее в самом откровенном и сексуальном платье, то, увидев в старых немодных джинсах и водолазке, вообще потеряет к ней всякий интерес. Не помогут даже губы, сделанные за бешеные деньги у топового мастера.
— Я к Олегу Борисовичу, чинить базу данных, — промямлила Кира, пялясь на носки своих кроссовок. Хоть они немного спасали невеселую картину, потому что были куплены совместно с Алисой. — Он у себя?
— У себя, — ответила Юлия.
Когда Кира уже достигла двери кабинета, их взгляды на мгновение встретились. В глазах у секретарши явно плескалось превосходство. Она так и кричала всем своим видом: «Можно поменять прическу и сделать губы, но серое мышиное нутро все равно не убрать. Ты навсегда останешься мышью, такова твоя участь, детка».
Девушка молча зашла в кабинет. Гридасов сидел за рабочим столом, весь погруженный в работу. Вот и хорошо. Чем меньше видит, тем лучше.
— Я по поводу базы данных.
— Ага.
Он поднялся с места, взял ноутбук с другого края стола и направился к дивану. На Киру даже не взглянул, чему она впервые была рада. Сев на его кресло, девушка сразу занялась делом. За все время работы она тоже не смотрела в его сторону. Наконец, выяснив, почему база данных сбоит, Кира удовлетворенно хмыкнула и подняла глаза, чтобы оповестить Гридасова об окончании диагностики. Каково же было ее удивление, когда оказалось, что он сидит и смотрит на нее в упор.
— Паршиво выглядишь, — заметил босс без тени иронии.
— Зато я сделала губы, — зачем-то сказала Кира. Это прозвучало так, будто она перед ним оправдывается.
— Это вообще не спасает ситуацию.
Девушка поняла, что устала от бесконечных упреков и унижений. Сначала они преследовали ее дома со стороны отца, а теперь она терпит то же самое еще и на работе. Ну уж нет, с нее хватит.
— Да плевать я хотела на спасение ситуации, — равным тоном произнесла она. — База знаний крашится из-за системной ошибки в самом процессе. Поправлю это до конца рабочего дня. Потом ее просто нужно будет перезагрузить и все снова заработает.
Она поплелась к выходу, не видя перед собой ничего, кроме своих кроссовок. У двери ее перехватил Гридасов — внезапно взял за запястье и развернул к себе.
— Какой мудак это сделал? — поинтересовался он, разглядывая синяки на ее левом предплечье.
Кира даже не поняла, в какой момент он успел подтянуть кверху левый рукав ее водолазки. Разумеется, перед его взором сразу предстали следы от побоев, и он догадался, что остальные части ее тела находятся в аналогичном состоянии.
— Я упала.
— Нет, не упала. Так кто это был?
— Сосед допился до белки и принял меня за посланницу из ада. Взял ремень и отхлестал прямо на лестнице, пока не выбежали другие жильцы. Его уже увезли в дурку, так что все в порядке. Синяки скоро заживут, это не проблема.
— Если тот, кто это сделал, поступит так еще раз, его увезут в реанимацию или сразу в морг. Передай ему от меня.
Кира так растерялась от проявления неожиданной заботы, что просто кивнула в ответ и вышла из кабинета. Неужели Гридасов только что попытался еще защитить? И если да, то почему?
Отец больше не станет ее бить, Кира знала это наверняка. Он занимал слишком высокий пост, чтобы так рисковать. Да, вышел из себя из-за губ, но за ремень больше не возьмется, просто продолжит унижать словесно. Так что Гридасову не придется претворять свои угрозы в жизнь. Но это уже не имело значения. Он впервые проявил к Кире такое внимание. Что бы это ни было, но равнодушием это не назовешь.
По пути на свой этаж девушка пыталась унять бешеный ритм сердца. Чувства захлестнули ее с головой. Теперь она жаждала ночи с ним еще сильнее прежнего. Буквально начала бредить этим. И она добьется своего, чего бы ей это ни стоило.