Работаешь, работаешь, но в один момент понимаешь — все! Р
Написано специально для аттестационной комиссии.
Цель эссе: объяснить, почему выбрана именно эта профессия и что она дала. Не знаю, что писали остальные, особенно те, кто просто пошел, потому что пошел. Мне нравилось работать с детьми до определенного момента, о котором речь пойдет дальше. Мы отрывались по полной, работая с азартом и на износ: играя с детьми в «Разведчиков» и «Вышибал» (к примеру), проводя занятия и прогулки, весело готовя утренники, которые после наших репетиций казались даже скучноватыми. На работу — как на праздник! Спасибо тем, кто это все похоронил под кипой бумаг, но если бы не они, сейчас не было бы этого эссе и моей вообще всей моей писанины. Поэтому, еще раз огромное им спасибо и удачи тем истинным патриотам, кто остался, не смотря ни на что!
Собственно — эссе.
Когда-то, давным-давно, когда мне было семнадцать лет, я имела глупость поступить в Новосибирский институт связи имени не помню кого на экономический факультет. Мама была довольна — наклевывалась династия экономистов, а мне было все равно как-то. После первого курса я поняла, что ошиблась с выбором профессии, но тогда эта ошибка не показалась мне фатальной, и я решилась на второй курс. Ну, притрусь, может, понравится…. Да, конечно. Но со второго курса меня не отпустили: нечего было хорошо учиться. Тогда я завалила сессию на третьем, подлым образом обломав все мамины мечты, чего мне до сих пор не могут простить. Ну, и шут с этим.
Характеристику мне выдали соответствующую, цитирую: «Имея хорошие способности, не проявила себя должным образом». Потрясающе. А до этого я плевала в потолок? Хотя людей тоже можно понять — их я тоже обломала. Плохая девочка, да, знаю, но не каюсь.
Ночью не спалось, и я лежала, глядя в темный потолок, и думала о том, куда же мне податься. В художники меня бы не взяли, так как не было надлежащей подготовки, на репетитора не было денег, а элементарно завести спонсора не хватило мозгов. Да и не тянуло меня рисовать плакаты. В учителя? Не знаю. Мне нравилось, но было страшно — вдруг не справлюсь? Да и обстановка в школе не радовала, имеются в виду отношения между учителями.
Вот тогда подруга, которой надоели мои душераздирающие вздохи, предложила:
— Да иди уже в воспитатели, как раз все свои таланты реализуешь.
И я подумала: а почему бы и нет? Представления о профессии я имела самые поверхностные и смутные, но впечатлений всегда можно поднабраться, так что я решилась рискнуть. Незамедлительно встал вопрос «Куда идти? Куда податься?» (без известного всем продолжения).
В институт я бы поступила без проблем, ничего сложного, но институтами я была уже сыта, тем более что подготовка там тогда была не алле. Вот скажите, зачем воспитателю философия и политическая экономия в купе с историей партии? Детям рассказывать вместо страшных сказок на ночь, чтоб спалось крепче? В каком году был шестнадцатый съезд коммунистической партии и был ли он вообще и кому он на фиг нужен? Не знаю, чем вас сейчас пичкают, но вряд ли этим.
Ну, да, я из семьи сосланных и отношение к коммунистам у меня, имеющей длинные детские уши и наслушавшейся бабушкиных высказываний (ей было четырнадцать, когда ее семью отправили на север), было не лояльным, мягко говоря. В партию меня бы точно не взяли, странно, что в комсомол приняли. Но тогда многих брали, наверно, у них был недобор или я хорошо замаскировалась, сама того не зная.
Родителям я решила ничего не говорить. Зачем их расстраивать?
В общем, я подала документы в педучилище, предпочтя ненужной теории практику, причем перепутала экзамены и была неприятно удивлена тем, что вместо литературы мне придется сдавать историю. Узнала я об этом, уже зайдя в аудиторию, поэтому вместо пятерки у меня четверка. Но это мелочи. Выручила историческая карта, с Невским озером, на котором имела место быть памятная всем битва. Имя полководца и одноименный фильм грех было не вспомнить, а год стоял рядом с озером. Давно я так художественно не выступала, но срезалась на дополнительном вопросе, не сумев сразу перескочить из средних веков в эпоху коллективизации, про которую я знала не совсем то, что писалось в учебниках. Если бы я выдала то, что знала — мыть бы мне полы.
И с тех пор я — воспитатель. Когда через год родители получили благодарственное письмо «за воспитание такой прекрасной дочери и бла-бла-бла», я не рискнула ехать домой, решив, что жизнь мне дороже, а любить меня они вполне могут и на расстоянии.
После этого я несколько лет слушала, что воспитатели только и делают, что подтирают детям сопли, пока не поняла, что терпение у меня безграничное, чему рада до сих пор.
Но в связи с модернизацией образования и переходом от практического воспитания детей в детских садах к теоретическому, я пришла к выводу, что пора с этим делом завязывать, чем всех и порадовала в прошлом году. Да и мешок моего терпения прохудился. Или где оно там у меня хранилось?
