Я и Путь in… Как победить добро полностью

Видимо, не зря говорят, что в основном люди учатся не на чужих, а на своих ошибках, во всяком случае, приключения и злоключения, выпавшие на долю Кушанашвили, закалили его и научили главному — уважать себя и любить жизнь. «Может, я выбрал неправильный путь к славе, — рассуждает популярный телеведущий, писатель и счастливый отец четверых сыновей и трех дочерей, — но за все, что пережил, судьбе благодарен…»

— Признаюсь тебе, Отар: очень часто настраиваю почему-то телевизор на канал «Ностальгия» — как сказал мне выдающийся советский кинорежиссер, «некоторые дебилы смотрят на „Ностальгии“ даже прогноз погоды, который 30 лет назад был актуален»…

— …до такой степени, видимо, ностальгируют…

— …да, и вот в последнее время там начали показывать «Акулы пера» — 15-летней, наверное, давности. Каким же, однако, мерзавцем ты тогда был!

— (Кивает). Мерзейшим, соглашусь с тобой, персонажем!

— Как уважаемых людей задевал — на ровном же месте!

— Ну, те, кто спрашивают меня об этом более деликатно (в отличие от вас, Дмитрий, — с вашей-то интонацией), боясь, что я остался мерзейшим по сей день и среагировать могу неадекватно (и они в своих опасениях правы!), недоумевают: «Как можно было теребить одного из величайших наших певцов на предмет причастности к получившему сейчас необыкновенную популярность гей-движению — тогда, в те годы?» А ведь он был еще и любимцем моей покойной мамы, но когда я спросил, спит ли он, как следует из народной молвы, с догом соседа, думал, это смешной вопрос. Я же не знал, что в российской журналистике это считается или пощечиной, или вообще ничем, потому что интересоваться подобным не принято.

— Что он ответил?

— Судя по его реакции, в этом вопросе много правды было, потому что гневной отповеди не последовало — какой-то задумчивый он произнес монолог, относившийся то ли ко мне, то ли к тому, о чем я посмел любопытствовать, и я подумал, что какой-то «дог» в жизни народного любимца все-таки был (ну, может, Дог — прозвище парня, не знаю). Отреагировал певец так, что я понял: он выбирал вариант ответа, потому что, если начать говорить, должна быть исповедь (как у них с догом случилась большая любовь), а если не начинать, надо пересечь территорию студии и ударить меня по лицу.

— Не жаль было обижать прекрасного артиста и человека, которого к тому же так любила твоя мама?

— На самом деле я отношусь к нему с величайшим почтением, но дело в том, что артисты не умеют реагировать ни на что, и это проблема не того негодяя, меня, который поставил звезду в тупик, — она связана с тем, с какой степенью (ой, прости, Господи, — сейчас только Гордон и Кушанашвили слово «интеллект» употребляют) интеллектуальности и изящества, основанного на знании раннего Довлатова и позднего Жванецкого, ты на вопрос отвечаешь, поэтому, когда человек начинает покрываться пятнами, отстегивает микрофон и уходит, это его вина — не моя.

Из книги Отара Кушанашвили «Я. Книга-месть».

«Я был спецназом „ТВ-6 Москва“, когда атаковал артистов вопросами в программе „Акулы пера“, и меня в те золотые годы любили и политики, и куртизанки, и бандиты.

Когда меня видели на улицах, голоса людей проделывали глиссандо до самой верхней октавы, истерическое напряжение царило везде, где я появлялся, совершеннейшим гангстером задираясь ко всем.