Молодая и красивая Ника уже потеряла надежду на счастье — ей фатально не везет в любви! В который раз возлюбленный изменяет ей. Во что бы то ни стало Ника решает вернуть неверного и, изменив свой образ до неузнаваемости, отправляется следом за ним на Рижское взморье. Но случайная встреча, уготованная ей судьбой, превосходит все ожидания девушки…
Сегодня Ника решила устроить праздник. Вообще-то она любила изредка устраивать праздники просто так — чтобы поднять настроение и разнообразить будничный ход жизни. Поводом для Никиных праздников могло послужить что угодно: интересные покупки, удачные выступления ее девочек на конкурсах — Ника работала инструктором по шейпингу — или даже просто хорошая погода. Но сегодня повод был настоящий — ровно год, как они познакомились с Кириллом. Такое событие нельзя не отметить.
Интересно, вспомнит ли сам Кирилл об этой дате? Вряд ли — мужчины редко помнят такие вещи. Ну ничего, пусть это будет для него сюрпризом. Тем более что в последнее время он стал каким-то странным, то молчит, то раздражается по пустякам, а когда Ника пытается его расспросить — отмалчивается или отговаривается мелкими неприятностями на работе. Так что внеплановый праздник пойдет только на пользу их отношениям.
Позвонив Кириллу в банк и не застав его на месте, Ника просила передать, что звонила жена. (Вообще-то, строго говоря, женой ему она не была — они не были расписаны, но жили вместе уже почти год.) Ника хотела, чтобы Кирилл сегодня после работы нигде не задерживался и ехал домой.
Заручившись обещанием Кириллова напарника передать все слово в слово, она успокоилась и наметила для себя дальнейший план действий.
Договорившись с Ирой, что та проведет вечерние занятия в Никиных группах, и удрав с работы пораньше, Ника для начала отправилась на Шаболовку. Там находилась киностудия «Петр и Марк», где работала визажистом ее близкая подруга Маша и где сама Ника вела шейпинг-курс. Ника подрабатывала у «Петра и Марка» уже больше года, и все были довольны: кассеты с ее занятиями хорошо раскупались, а Нике за урок платили столько, сколько она на своей постоянной работе получала за полгода.
К Маше Ника заходить не стала, а прямиком отправилась на пятый этаж в бухгалтерию. Денег на этот раз оказалось даже больше, чем она надеялась получить. Расписавшись в ведомости и забрав свое богатство, Ника решила, что с такой суммой она может позволить себе все, что пожелает. Она медленно шла по длинному коридору к лифту, прикидывая, что и где купить для праздничного ужина. Какой-то лохматый молодой человек пробежал мимо нее, на ходу оглянулся и вдруг притормозил:
— О, какая девушка! — Лохматик даже присвистнул. — Вы в сто пятую на пробы? Пойдемте, я вас провожу!
— Нет, спасибо, — улыбнулась Ника. — Я не на пробы.
Однако его восхищение было приятно. Что-то уже давно никто не говорил ей комплиментов просто так.
Окинув себя взглядом в большом зеркале лифта, Ника осталась собой вполне довольна. Новый темно-зеленый плащ с яркой клетчатой подкладкой очень шел к ее темно-каштановым с рыжеватым отливом волосам, подчеркивал нежную бледность лица и яркую зелень глаз. Даже неистребимые веснушки, обычно так огорчавшие Нику, смотрелись вполне симпатично. На самом-то деле веснушки ее ничуть не портили. Если бы Ника родилась на несколько веков раньше, она вполне могла бы послужить моделью для картин Боттичелли. Итальянский художник любил такой типаж — рыжеволосых женщин с белой кожей, с удивленными глазами и нежным овалом лица. И уж наверное, в утешение себе подумала Ника, изящный носик той дамы, с которой он писал знаменитую Венеру, тоже украшали веснушки.
Через три часа на небольшой кухне в Никиной двухкомнатной квартире дым стоял коромыслом. Сама Ника, раскрасневшаяся, в стареньких джинсах и рубашке-ковбойке с закатанными рукавами, крутилась между плитой и кухонным столом, пытаясь одновременно мешать соус и резать овощи для гарнира. Гастрономические вкусы Кирилла были весьма своеобразны. Все нормальные мужчины любят мясо, — а Кирилл мясу предпочитал рыбу: жареную, копченую, под маринадом… Особенно ему нравился судак по-польски, под белым соусом, а это блюдо готовилось довольно хлопотно. Но сегодня Ника решила, что повозиться стоит. Кроме судака по-польски, в меню ужина входил салат с крабными палочками и консервированной кукурузой, овощной салат, тушеные овощи и белое вино. К чаю Ника купила настоящее берлинское печенье — его Кирилл обожал. Когда судак томился в духовке, доходя до нужной кондиции, горшочек с тушеными овощами стоял на плите, а стол был красиво сервирован, Ника бросила взгляд на часы, охнула и побежала переодеваться. Половина седьмого, Кирилл придет меньше чем через час!
