После лета очень трудно привыкнуть к своему месту за партой. Оно такое тесное и неудобное, что чувствуешь себя как в ботинке, который жмёт. И к тому же невозможно дождаться звонка. Может быть, он за лето испортился и звенит так тихо, что его не слышно, и теперь уроку не будет конца?
«Сложение — вычитание, деление — умножение». Эти слова никак не укладываются в голове, как будто они из другого языка.
Когда становится совсем скучно, можно повернуть голову к окну и как бы очутиться на улице. Тогда вместо зелёной классной доски увидишь мокрые крыши, трубы, антенны, похожие на букву «Т». Если сложить эти уличные большие буквы, то получится длинное слово из одних «Т»: те-те-те-те-те…
Сейчас на улице идёт косой дождь. По стеклу ползут кривые ручейки и можно загадывать, какой из них потечёт влево, а какой свернёт направо.
— Алексей Бочаров, куда ты смотришь?
— А?!
Он вздрагивает, как разбуженный среди ночи, резко поворачивает голову и с дождливой улицы попадает в сухой класс. Он не моргая смотрит на Валентину Васильевну, сколько хватит сил. За первые числа сентября он успел получить множество замечаний. Будь они круглыми, как камушки, у него раздулись бы карманы от замечаний. Сейчас его опять будут ругать…
Но Валентина Васильевна неожиданно спросила:
— Алексей Бочаров, расскажи мне про носорога.
Он медленно встал, подтянул штаны и задумался. Что можно рассказать о звере, которого не проходили в школе и с которым никогда не встречался? И он выпалил:
— У носорога вместо носа рог!
Он был уверен, что ответил правильно. Но Валентина Васильевна покачала головой.
— Нет, — сказала она, — у носорога есть и нос и рог. А иногда у него даже два рога. Носорог огромный, сильный зверь, но он может испугаться собаки…
— Собаки? — переспросил Алексей Бочаров.
— Ну да, собаки. Зато носорог может броситься на танк.
— На танк?
Он вытянул губы, словно собирался сыграть на дудочке, и сразу представил себе тяжёлый танк с длинной пушкой впереди. На броне намалёван чёрный крест, потому что танк фашистский. Танк гремит гусеницами и ползёт прямо на него. Но тут из зарослей выбегает носорог. Он наскакивает на танк, ударяет его крепким рогом в бок, и огромная грохочущая машина переворачивается вверх тормашками.
Носорог сразу становится приятен Алексею Бочарову. Зачем только он боится собак, раз ему не страшен танк?
— Но самые страшные враги носорога, — говорит Валентина Васильевна, — москиты.
— Это такие комары?
— Вроде этого, — отвечает учительница и продолжает свой рассказ. — Целые тучи москитов налетают на носорога. Они жалят его со всех сторон. И чтобы спастись от них, зверь бежит к реке и зарывается в прохладную тину.
— Это хорошо, что есть прохладная тина, — с облегчением говорит Алексей Бочаров.
Но Валентина Васильевна качает головой:
— В тине носорога подстерегают пиявки. Сотни пиявок впиваются в его тело…
— Как же быть?
Валентина Васильевна молчит. Она тоже не знает, как быть, и пристально смотрит на мальчика. И тут он замечает, что она начинает улыбаться. Незаметно, уголками глаз.
— Как же быть? — Он торопит учительницу, потому что ему не терпится узнать, как спасти носорога от пиявок.
— У него есть защитник, верный друг, — доверительно говорит Валентина Васильевна.
— Слон?
— Нет, не слон.
— Тигр?
— Нет, не тигр.
Кто же друг носорога, который может одним махом раздавить всех пиявок? Мальчик смотрит в окно, но уже не видит кривых ручейков и не читает длинное слово, состоящее из одних только «Т». Он думает о друге носорога.
— Его зовут бюфаг, — говорит Валентина Васильевна.
Алексею Бочарову хочется стукнуть крышкой парты и крикнуть: «Да здравствует бюфаг!» Но он никак не сообразит, что это за зверь. Может быть, он похож на крокодила? А Валентина Васильевна молчит и ничего не говорит о друге — бюфаге. Лишь бы не зазвенел звонок, а то она не успеет…
— Бюфаг не только спасает носорога от москитов и пиявок, но и предупреждает его об опасности, — говорит Валентина Васильевна и берёт в руки мел. — И вот два носорога вышли из зарослей. — Валентина Васильевна написала на доске цифру «2». — В это время бюфаг подал сигнал тревоги: идут бегемоты! В зарослях скрывалось ещё пять носорогов, — она написала «5», — а ещё три носорога лежали в речном иле. — На доске появилась белая тройка. — Услышав сигнал тревоги, всё стадо собралось вместе.
Что же было дальше? Но вместо того чтобы рассказывать, Валентина Васильевна спросила:
— Сколько носорогов было в стаде? И на чьей стороне оказалось превосходство, если бегемотов было восемь?
Ни минуты не раздумывая, Алексей Бочаров окунул перо в чернила и стал записывать историю, которая произошла с носорогами. Надо было скорее собрать всё стадо и пересчитать его. Два носорога вышли из зарослей… Если прибавить к ним пятерых, которые не успели выйти, то получится семь носорогов! Но это ещё не всё. Ведь ещё три носорога лежат в речном иле и их жалят пиявки. Если прибавить их к семерым, то получится десять.
