Знакомьтесь, Эфрат, модель, поп-дива и звезда Берлинских клубов. Ей девятнадцать и в ее жизни сбылись все ваши мечты. Благодаря соц. сетям вы знаете о ней все, кроме одного, она — вампир. Эфрат купается в крови и славе пока не встречает Рахмиэля, молодого наследника старинного аристократического рода. Древняя магия и древняя кровь, смогут ли они создать союз и доказать, что любовь сильнее смерти?
А точнее — одна. И это было не самым пагубным из ее пристрастий. Она также предпочитала науку досужим разговорам, успешно справлялась с подбором гардероба без помощи стилиста и регулярно появлялась на обложках тех одноразовых журналов, которые многим заменили настоящую литературу. Кроме того, ее величество поп-дива была стройной, высокой, сильной и счастливой в своем безраздельном одиночестве. За это и многое другое ее ненавидели практически все, особенно мужчины. Впрочем, ей это было только на руку. Ей чертовски редко бывало интересно с мужчинами и еще реже с женщинами, люди вообще не производили на нее впечатления. И их искренняя убежденность в обратном всегда вызывала недоумение, ведь она никогда не выказывала ни малейших признаков интереса к ним или к их сомнительной ценности жизни. Сами же люди со свойственной им беспардонностью не оставляли попыток войти в ее жизнь, ни на секунду не сомневаясь, что вот их-то ей как раз и не хватает, что она будет бесконечно счастлива составить им компанию, ведь именно для этого она родилась. Людям, как вы понимаете, так и не удалось впечатлить ее достижениями своего разума. Впрочем, до определенного момента люди в ее жизни присутствовали только для декорации. И для еды.
— Я любить крек! У вас есть крек? — эта парочка была туговата не то на ухо, не то на голову, а потому объяснять приходилось жестикулируя. Грохот музыки добавлял ее жестам выразительности, и вскоре незадачливые слушатели поспешили раствориться во тьме галереи и толпе танцующих.
Это был ее любимый клуб. Отличное расположение, центр города, разумеется, строгие фейс-контроль и дресс-код, известные своей избирательностью далеко за пределами столицы. Множество этажей и толпы посетителей, что означало огромное меню, в котором числились все от почти невинных студенток до ублюдков всех пород. Эфрат предпочитала ублюдков. Они никогда не понимали, что не так, потому никогда не задавали вопросов. Ей тут нравилось. Она вообще любила нелепо переоцененную поп-культуру, идолам которой поклонялись в неоновых храмах эпохи одноразовых ценностей.
— Отлично. Я так и уйду домой «счастливой», — она недовольно затопала туфелькой по блестящему черному полу и уже посмотрела было в сторону выхода, как тут ее окликнул кто-то. Этому человеку будто бы удалось заглушить громкую музыку или подойти так близко, что этот голос заполнил все пространство.
— Простите, вы что-то сказали? — в шаге от нее стояла невысокая женщина, казалось, она сливается с окружающей темнотой, и только мечущиеся по залу цветные огни помогали ее разглядеть. Хотя это мало что меняло, ведь ничто так не притягивало внимание, как глаза незнакомки. Никогда раньше ей не доводилось сталкиваться со взглядом настолько поглощающим, обездвиживающим и абсолютно пустым. Она ничего не могла прочитать в этих глазах. Как будто за ним нельзя было обнаружить ничего из ранее ей известного. Но к черту эти домыслы, она очень устала.
— Я говорю, я любить крек! У Вас есть крек?
— Крека нет, но мы могли бы найти кое-что получше, — не сказав больше ни слова, незнакомка взяла ее за руку и повела по галерее клуба, которую в приглушенном свете можно было принять за пошлую роскошь: бархатные алые стены, золотые рамы зеркал. Дальше откуда было два пути, один вел к выходу, а другой — к чилауту на верхнем этаже.
Она решила довериться новому приключению и беззастенчиво рассматривала свою новую подругу, пока та шла впереди нее. Роскошные черные кудри лежали на узких плечах, пышная грудь, которую владелица не стремилась прятать, узкая талия и округлые бедра, тоже весьма условно скрытые блестящей черной юбкой. Каждый ее шаг вверх по лестнице дарил надежду, что вот-вот завеса тайны приподнимется и идущий следом сможет насладиться видом, которого удостаивается не каждый. Но нет, темнота ночного клуба и мерное покачивание бедер незнакомки лишали малейшего шанса на бесплатные радости.
Как только они прошли сквозь тяжелые тканевые шторы, отделяющие лестницу от укутанного сладким туманом чилаута, она тут же вдохнула облако ароматного дыма — у кого-то имелся крек. Но пойти на его зов означало выпустить из рук тайну, которая обещала что-то получше пресловутого крека. Об этом безмолвно говорили ее слегка приоткрывшиеся губы, и легкое волнение, и чувство предвкушения. Все эти переживания будоражили и воскрешали покинувшие было ее силы. Дойдя до конца комнаты, незнакомка остановилась.
