Я. Книга-месть полностью

Собчак. Господи, ну хоть кто-то fuckable! Хоть одно симпатичное лицо. А то я уже совсем в уныние впала.

Кушанашвили. Но это исключение. Как правило, симпатичные как раз и не при делах.

Соколова. О, эту теорию нам развивал еще писатель Лимонов – только про женщин. Он говорил, что красивые девушки – в постели не старательные, у них и так все есть. А зато дурнушки – о-го-го! По-твоему, у мужчин тоже так?

Кушанашвили. Именно!

Собчак. Вот и я говорю. Ну их на фиг этих высоких блондинов, толку от них никакого. Да здравствуют низкорослые, кряжистые, носатые брюнеты…

Кушанашвили. Так это ж я!

Собчак. Отар, ну где твоя хваленая скромность! Про тебя нам уже все рассказал сексолог Полеев. К тому же составитель рейтинга не может быть его участником. Давай рассмотрим какого-нибудь известного малосимпатичного брюнета… Вот, к примеру… К примеру, Михаил Шац…

Кушанашвили. Шац? Шац?!! Да при звуке этого презренного имени мой скукоженный грузинский детородный орган гордо выпрямился во весь свой нечеловеческий сайз! Послушайте, глупые женщины, если слова «шац» и «х…й» состоят из трех букв – это еще не значит, что между этими понятиями есть что-то общее! Да вас послушать, этот Шац – просто порноикона! Рокки-жеребец! Апокалиптический Приап с членом скорпиона! О, теперь я понимаю, почему женщины всегда дают каким-то жалким ничтожествам, если даже лучшие из них могут исторгать из себя подобную глупость! Шац! О, горе мне! Мама, верни меня в Кутаиси! (Методично бьется головой о столешницу.)

Соколова (Собчак). Как ты думаешь, что его так возбудило?!

Собчак. Не знаю, может, между грузинами и евреями есть какая-то сакральная связь?

Соколова. Теперь ты понимаешь, почему я предпочитаю молчаливых блондинов!

…Но беседа была ярче!

Не говоря – дольше, длиннее.

Хотя Григорьев-Аполлонов расточал похвалы, а автор предисловия, мой наперсник Полупанов, купив журнал в аэропорту, уже оттуда орал в трубку: «Блеск!»

На серьезе говорю: беседа с барышнями была, при всех хи-хи-ха-ха, одной из самых значительных в жизни моей блистательной.

…Людей успешных не привечают, мне-то уж более про это знать, и Ксюшу С. не жалуют, как бы это сказать, – в пику. Назло.

Не премину признаться ей в симпатии (уверен: во взаимной).

Ибо, как и Она, только задолго до нее, я живу и поступаю «на грани».

Как Вы относитесь к Ксении Собчак, как к человеку и женщине?

С восхищением! Мне с ней легко. Она тоже шельма.

То, что она не проста, очевидно.

Если вы полагаете, что она побесится и исчезнет, не на ту напали.

Она спасала моего приятеля от кокаина. Она способна на поступок, причем до очевидности как отчетный, так безотчетный.

Составить себе вполне определенное понятие о том, что за личность Ксения Собчак, довольно мудрено: на строительстве собственной карьеры она гордо набивала мозоли много лет, чем может гордиться, – даже не карьеры, а собственного государства в государстве. Она не хочет превращать свою жизнь в чепуху, отсюда – из ее непреклонного следования своей Цели – мнение, что она ходит с нимбом. У нее отменно работает голова. В которой наверняка есть свои демоны. Но в чем-то она совершенный ребенок, который может тут же превратиться в инфернальное существо.

У нее на все есть рацио, четкие пояснения, она визирует, если надо, сама переписывает все интервью, к которым причастна, и добивается того, чтобы ее вопросы ли, ответы ли – «лучились».

Она входит в любое помещение, и девы согласно понуро замолкают.

Она может помогать как вернуться из небытия (мне), так отправить туда (вставляй любую фамилию). Я понимаю, что с такими, как я и она, невозможно долго общаться, как невозможно жрать ложками растворимый кофе.

Но это ваши проблемы.

Ей (мне) с вами тоже нелегко!

Последнее о Виа-Гре

В «ВИА Гре» случилась 86-я рокировка за три недели. Какая-то там «мисс» Котова уступила место Еве Бушминой, выпускнице украинской «Фабрики звезд». Как, вы не заметили?!