Я высвободилась, из кольца мужниных рук, скинула теплый плед. Мне всегда нравилось, ощущать то как снежинка падает, на твою ладонь, маленьким холодным кусочком льда, хоть и достаточно красивым, и потом смотреть как она в доли секунд тает.
Все же мне кажется что, что то не так.
Рома подошел, обнял.
-Веточка прохладно же.
Ром, а ты любишь детей. Вопрос глупый, но услышать ответ вслух, очень хотелось.
-Да, очень. И замолчал. Я не знаю о чем он думает. Но я продолжу.
-Ромочка, как сказать, господи помоги.
-Ммммм?
-Ром а ты, не против, если у нас появиться малыш?
Муж напрягся, тело окаменело, руки сжали обьятия крепче.
Он знал мой диагноз, и надеяться на что то не мог, если только на усыновление. Но как я только начинала разговор, он менял тему. А сейчас.
Я погладила мужа по руке. Разжала кулаки, которые он успел сжать.
Взяла одной рукой одну его руку, другой, другую и положила их себе на живот. Сразу почувствовала разливающееся по телу тепло, от этих надежных и любимых рук.
-Ром ты только не переживай, у нас маленький появиться. Судя по застывшей фигуре мужа, поняла, что он в шоке, и не верит.
Повернулась в руках к нему лицом.
Ром приди в себя, любимый ты слышишь, посмотри на меня?!
Повтори, повтори что ты сейчас сказала. Шепотом хриплым и глухим попросил он. При этом не сводя с меня немигающий взгляд.
-Ром, у нас родиться, ребенок, взяла его руку и положила себе на живот, погладила его руку. Через семь месяцев я буду мамой, а ты папой.
Рома сначала моргнул, потом закашлялся. Поняла что все это время он даже не дышал.
-Ром все хорошо, я была у врача, он сказал что я беременна, он до сих пор сам не может поверить в это, но я беременна.
Вы наверно подумали, что меня сразу же подхватили на руки, с громкими криками «я стану папой».
Ромка просто упал на колени, и громко заплакал. Он рыдал, уткнувшись головой в мой живот. Я не выдержала, слезы сами начали капать из глаз. Но то были слезы счастья.
Единственное что он сказал немного успокоившись, это спасибо. И я бы с уверенностью, не могла сказать кому оно, это самое спасибо адресовалось.
В тот вечер спать мы легли поздно, мы сидели в гостиной, пили чай, и оба были счастливы. И каждый из нас вспоминал, как пришел к этому счастью
ГЛАВА 2
-И какого лешего, мы тащимся через какие то переулки да помойки?
-Слушай Лизка не бубни, мы уже почти пришли.
Пройдя по закрытой аллее перед казармами, мы засели в кусты, никем так и не замеченные.
-Тьфу ты ек макарек, разведчики блин. Хотяяяя, мдаа.
Время было около шести или же семи вечера, солдаты из части возвращались в казармы.
-Да посмотреть здесь есть на что.
С видом истинного знатока своего дела, протянула Дашка.
Спустя полчаса Толик начал ныть.
-Ну девчонки, ну пошлите домой, холодно же.
Конечно холодно, дурик ты б вообще в рубашку оделся.
-Толь, щас идем, нам тоже не жарко. Хотя мы и сидели, прижавшись к друг другу, тепла от этого было мало.
Проводив, ребят до дома, мы тем же путем возвращались назад.
Вам кто нибудь говорил, что любопытство до добра не доводит, вот и нас оно довело. Да еще как! Судя по всему.
Мы просто пересекали один переулок, когда натолкнулись на дороге, на парней, неприятной наружности.
Страх парализовал тело, хотелось сначала от испуга крикнуть, да голос перехватило, что ни звука. У подружек видимо та же ситуация.
Я сначала вообще не разобрала, когда один из этих неприятных личностей, что то, там заговорил. Похоже, по интонациям он, что то, спрашивал, только вот я не слышала. Я только за всем наблюдала, и, похоже, это было на театр мимики и жестов.
Почему то в тот момент мне вспомнились слова брата и мамы.
Не смей попадаться, ни одной из местных шаек. Лучше беги до смерти от них. Ужас в тот момент я испытывала, неописуемый, а знаете почему.
Причина, мой отец. Мы жили, тихо и спокойно. Отца и маму, я очень любила, а еще брата. Мама работала, папа тоже, братик и я учились в школе.
Мама работала швеей, на местном заводе. А папа, папа у меня плотник, на местной лесопилке изготавливал предметы мебели. Все просто, и без излишеств. Но по натуре мой отец человек свободолюбивый. И вот как то на работе у них разгорелась забастовка. Кто то утащил много обработанного леса. Стали искать. Сваливали вину каждый друг на друга. А так как смотрительские тоже работали многие на заводе, то простой скандал перерос, в разборки с поножовщиной. В один момент не стало моего отца, убийцу так и не нашли.
Мне было страшно, как же теперь без папы то, на маму было страшно смотреть, бабушку отправили в больницу. То время мы хоть и пережили но далось это каждому из нас тяжело.
Единственное, что я помню поначалу, обрывками. Это то, что рядом со мной была Маришка, она плакала, о чем то, просила, по ночам я не спала, было страшно, она не спала тоже. Потом Марина, поговорив со своей мамой, а та уже с моей, решили, что мне ненадолго, нужно сменить обстановку.
