Пат еще девчонка. Глядя на нее в толпе таких же девчонок, невозможно даже представить, что она сможет голыми руками остановить автобус, который мчится на полном ходу, или удержать кабину лифта, у которого сорвался трос. Обычная девчонка. Со своими проблемами, со своими интересами, со своими секретами. То, что ее секреты оказываются намного серьезнее пустяковых тайн подростков ее возраста, кажется, значения не имеет. Потому что она — Человек-Паук. Дружелюбный сосед, хранящий покой простых людей.
2007 год
На этом вечере все дышало фальшью. Тони видел, как оглядываются на него приглашенные на церемонию гости и слышал, что они говорят о нем за его спиной. Что интересно, эти разговоры кардинально отличались от тех, которые велись непосредственно с ним. «Мистер Старк, вы такой душка!», «Говард бы гордился тобой, Энтони! Я заявляю это на правах того, кто хорошо знал твоего отца в свое время!» — вот что слышал Тони, когда вел беседу с какой-нибудь важной особой. «Этот Старк доведет кампанию до разорения», «Мы с тобой еще посмотрим на крах империи, которую возвел Говард и которую погубит его сын!», «Редкостный полигамный тип», — доносилось до него изо всех углов.
Из всего перечисленного Старку больше всего не нравилось выражение: «редкостный полигамный тип». Редкостный — это да, с этим он согласен, да и поспорить с этим трудно — во всем мире он один такой. Полигамный — что ж, это тоже можно было понять и принять. В конце концов, все мужчины полигамны, а он не виноват, что вокруг так много красивых женщин. Но вот что за тип? Почему тип?
Это небрежное определение его личности, пожалуй, даже обижало его в какой-то мере.
Но Старк ничуть не расстраивался. Он поднимал голову выше, брал с подноса учтивого гарсона еще один бокал шампанского и, нацепив на лицо ослепительную улыбку, шел «подцепливать» новую красотку.
— Тони!
Старк, едва услышав окликнувший его голос, поспешил затеряться в толпе. Во всех этих торжественных мероприятиях, на которые обычно приглашались «Старк Индастриз» он любил только банкетную его часть. И до скрипа зубов ненавидел обсуждать рабочие моменты.
А Обадайя Стейн — его помощник и заместитель — был настроен явно не на анекдот. Весь его внешний вид выражал такую серьезность и обеспокоенность, что Старк мгновенно принял решение исчезнуть из этого зала раньше, чем Обадайя его догонит. Если он его поймает — Тони знал это по горькому опыту — начнутся нравоучения и лекции о том, что «нельзя так наплевательски относиться к делу своего отца».
Поэтому Старк без промедления стянул с фуршетного стола бутерброд с рыбой и свернул в коридор, ведущий к комнате, где он остановился.
Дверь он открыл спиной — мешали бокал шампанского и бутерброд, которые он держал в обеих руках. Боком протиснувшись в комнату и закрыв дверь ногой, Тони в блаженстве прикрыл глаза. До его номера почти не доносились смех, музыка и разговоры, которые неизменно сопровождали его весь этот долгий вечер, и теперь, стоя в относительной тишине, он наслаждался покоем.
«КРАКГХ!»
От грохота, который раздался отнюдь не за дверью, Старк выронил бутерброд и мгновенно открыл глаза. В двух шагах от него стояла маленькая девочка с куцыми хвостиками и, очевидно, творила своими ручонками нечто страшное. Она стояла к нему спиной, полностью сосредоточенная на своем занятии — откручивании чего-то, лежащего на столе.
Макет.
Тони с тоской посмотрел на испорченный бутерброд и, переведя взгляд на хозяйничавшего в его номере ребенка, деликатно кашлянул. Девочка вздрогнула и обернулась.
— Ты что здесь делаешь? — изо всех сил пытаясь игнорировать огромные, как две плошки, глаза, которые смотрели на него весело и нагло, как можно строже спросил Старк.
Девочка вжала голову в плечи и юркнула под стол.
— Эй, нет! Так не пойдет! — Старк поставил бокал на комод у стены и подошел к столу. — Дерь…
Увидев, во что превратила его макет эта маленькая бестия, Тони уже хотел выругаться, но вовремя прикусил язык. Он глубоко вздохнул и усилием воли заставил себя отвести взгляд от высившейся на столе горы обломков.
Обадайя его убьет.
— А ну иди сюда!
Старк, нагнувшись, заглянул под стол. Девочка сидела под ним, забившись почти в самый угол, и с интересом рассматривала лицо мужчины. В ее наглых глазах не было ни капли раскаяния.
— Иди сюда, маленькая бестия!
Вместо того, чтобы вылезти из-под стола, как сделал бы на ее месте послушный ребенок, девчонка забилась еще дальше в угол.
Раздосадованный, Старк выпрямился и с тоской посмотрел на макет. Ему никогда не нравились эти причуды Обадайи — лепить макеты из пластика. Сам он предпочитал голограммы — это было проще, интереснее, удобнее и безопаснее. Но сам Обадайя относился к своему детищу с теплотой и любовью, и Старк заранее закатывал глаза, представляя гримасу наставника, когда он увидит, что осталось от его макета.
Старк уже собирался плюнуть на все и уйти, когда дверь открылась и громкий мужской голос позвал:
— Пат!
Обернувшись и увидев на пороге своего давнего знакомого — Ричарда Паркера, Старк испытал смешанные чувства — облегчение от того, что эту девчонку наконец-то заберут из его номера и раздражение от того, что этого не сделали раньше.
— Ричард! — Тони вернулся за бокалом, приветствовав Паркера легким кивком головы. — Твое чудо?
Ричард скосил глаза в сторону девочки, которая, едва завидев отца, покинула свое убежище и теперь жалась к его ноге. Он выглядел рассеянным и каким-то слишком вялым, весь даже как будто посерел, а под глазами залегли глубокие тени. А может, все это было не более, чем игра света?
