— Это всего лишь мое предположение. Я, конечно, могу ошибаться. Но знаете, что я запомнил вчера? Точнее, это одно из последних моих вчерашних воспоминаний.
— Что же вы такого смогли упомнить? — вздохнула Шестакова. — Как уронили со стула Ольгу Дмитриевну?
— А я ронял? — расстроился Илья. — Не важно! Я помню, что Головков подсаживался ко мне за стол и предлагал с ним выпить. А это значит, что он вполне мог подсыпать мне этот самый трихлорфенил.
— Ну да, раз вы с ним пили, это, конечно, аргумент весомый. А ничего, что вы вчера пытались выпить на брудершафт почти с каждым из присутствующих гостей? Лунин, я, если честно, не понимаю, как вы вообще сегодня на ногах стоите, вы и без всякого фенила должны были отравиться и помереть.
— Вы этого так хотите? — растерянно пробормотал Лунин.
— Господи, да ничего я не хочу, — Ирина всплеснула руками, — я хочу спокойно вести расследование, а с вашим участием это все превращается в какой-то аттракцион.
— Луна-парк, — всплыло в голове Ильи, казалось, уже почти забытое название из далекого детства.
В кабинете незаметно появился Аркадий Анатольевич. Исподлобья оглядев застывших в возмущенном молчании Лунина и Шестакову, он едва заметно усмехнулся.
— Все бранитесь? А я вам уже заключение подготовил, — помахал он листком бумаги перед носом Ильи, — трихлорфенил из вашей крови никуда не делся, конечно, концентрация несколько уменьшилась, но так и должно быть, все же с момента первого анализа прошло больше трех часов. Дайте-ка паспорт, я внесу ваши данные.
Когда заключение было готово, Илья и Ирина распрощались с Аркадием Анатольевичем и вместе вышли на улицу. Застывшее в зените солнце старалось явить всю свою мощь жителям Одинска, нещадно опаляя город пышущими зноем лучами. Подкравшаяся откуда-то с запада гигантская почти черная туча замерла в нерешительности, словно сомневаясь в своей способности совладать с набравшим полную силу дневным светилом. Наконец она решилась. Где-то далеко, над линией горизонта, блеснули первые залпы далеких молний, а затем, почти с минутным опозданием, послышалось гулкое, постепенно нарастающее громовое «Урааа!». Природа пошла в атаку на саму себя.
— Лишь бы града не было. — Задрав голову, Илья рассматривал первую, еще пока светло-серую волну облаков, коснувшуюся солнечного диска.
— Так за свою машину боитесь? — съязвила Ирина.
— А вы не боитесь? — удивленно посмотрел на нее Лунин, и в это же мгновение его смартфон напомнил о своем существовании.
«
Еще не успев достать из кармана телефон, Илья знал, кто ему звонит. Мелодию устанавливала ему на телефон сама Светочка, и это была одна из причин, по которой смартфон Лунина почти всегда находился в беззвучном режиме. Но не сегодня.
— Илья! — Голос Светочки Лунин услышал, прежде чем успел сам сказать хоть слово. — Илья!
Светочка всхлипнула, а затем принялась говорить что-то очень нервно и очень быстро. Похоже, что для телефонного звонка она вышла на улицу, шум проносящихся мимо автомобилей и грохот как назло подъехавшего трамвая не давал Илье возможность разобрать и половину сказанных ею слов. Но и той, меньшей половины, которую он смог услышать, ему хватило, чтобы вдруг побледнеть и тоскливо простонать:
— Вот уроды!
— Уроды, — согласно завыла в телефоне Светочка. — А я кто? Я — дура! Я же думала, что ты совсем не такой человек, а ты… Как ты мог так сделать?
— Светик! — Набежавший порыв холодного ветра ударил ему в лицо. — Светочка, я сейчас объясню, ты только меня выслушай.
Илья не знал, чего ему больше не хватает: слов, чтобы объяснить то, что было объяснить почти невозможно, или воздуха, чтобы произнести хоть какие-то слова. Он опустил сжимающую телефон руку и несколько мгновений стоял, растерянно глядя себе под ноги. Когда он вновь поднес смартфон к уху, разговор уже прервался.
— У вас что-то случилось?
Обернувшись, Лунин увидел обеспокоенный взгляд Ирины и вымученно улыбнулся.
— Похоже, что так. Они прислали эти фотографии на телефон одному человеку, который… которая…
Он обреченно махнул рукой и, ссутулившись, побрел к припаркованной поблизости машине. Ирина догнала его, прежде чем он успел сесть за руль «хайландера».
— Скажите, как зовут этого вашего человека и дайте ее номер, — потребовала она у Лунина, крепко ухватив его за руку.
— И что вы ей скажете? Что меня опоили и изнасиловали? — грустно усмехнулся Илья, сделав слабую попытку освободить руку.
— Как есть, так и скажу, — Шестакова была настроена решительно, — мне кажется, что хуже уже не будет. Как вы мямлите, точно ничего объяснить невозможно. В конце концов, пошлю ей фотографию заключения медэксперта.
— Фотографию, значит, — вздохнул Илья, — а видео у вас нет какого-нибудь?
— Какого еще видео?
— Не знаю, — Лунин пожал плечами, — какого-нибудь героического, с моим участием. А получается, что у этих ребят и фотографий побольше, и видео есть, а у вас только заключение эксперта.
— Вы мне номер дадите, в конце концов? — Ирина устала слушать его причитания.
