Ничего не могу с собой поделать. Это сильнее меня. С каждой минутой я всё сильнее содрогаюсь в его объятиях. Плачу и не могу остановиться. Ну как так? И сил оттолкнуть от себя этого мужчину у меня нет.
Чувствую, как его «шшшшш» и ласковые поглаживания по спине постепенно меня успокаивают, напряжение спадает, и я расслабляюсь у него на груди. Всхлипывания прекращаются.
— Алекс, больше всего на свете… — упавшим голосом произносит Игорь, носом зарывшись в мои волосы, — я не хочу ссориться с тобой. Не знаю, о чем я думал, когда… — он с горьким вздохом целует меня в висок, — накричал на тебя. В последнее время нервы ни к черту. Проблемы на работе и не только. Всё навалилось. На днях наорал на подчиненных, даже уволил двоих, представляешь? Монстр одним словом… Ты как? — Он осторожно заглядывает мне в глаза.
— Меня машина сбила, — роняю я невпопад.
И зачем ты, Алекс, ему это сказала? Дурочка.
От обиды, наверное. Мол, пусть еще пуще сожалеет о содеянном.
— Что? — переспрашивает он, вероятно, подумав, что ослышался.
— Я опоздала… — неуверенно начинаю я, избегая смотреть Игорю в глаза, — потому что меня сбила машина.
— То есть как сбила машина? — не понимает он, ну или просто не может осознать и заставить себя поверить в случившееся. — Ты… О господи! — наконец до него доходит смысл моих слов. — Когда? Где? У тебя что-то болит? — и с тревожным лицом начинает осматривать меня с ног до головы, кончиками пальцев проводит по моей щеке.
— Со мной всё в порядке, — заверяю я и кладу руки на колени ладонями вниз, спрятав таким образом некрасивые ссадины.
— Тебя осматривал доктор? Что он сказал? — Он с озабоченным видом смотрит на меня.
— В больницу я не поехала.
— А скорая? Скорую вызывали?
— Говорю же, я в порядке. Надобности в скорой нет.
— Ты с ума сошла?! А вдруг сотрясение мозга, внутреннее кровоизлияние? Ты об этом подумала?
— Не кричи на меня.
— Прости, — он виновато морщится. — А водитель? О чем он думал? Или он смылся с места происшествия?
— Нет конечно, — все так же тихо, но решительно произношу я. — Никуда он не смылся. Я сама отказалась от помощи. Его вины в этом нет.
— Ну конечно. Вины его нет. А не он ли тебя сбил? — злится Игорь. А я что? Я молчу, тупо глядя на тыльную сторону кистей. — Покажи мне, где болит, — смягчается он и, положив руку мне на бедро, ободряюще поглаживает большим пальцем.
— Ничего у меня не болит.
— Алекс, а ну показывай. Живо.
Нехотя демонстрирую ему ладони, он бережно берет их в свои.
— Ничего не болит значит? — Игорь отрывает взгляд от моих ужасных ладоней и укоризненно смотрит на меня. — Ну-ну.
Закусив слизистую щеки, отвожу глаза.
— Схожу в медпункт, нужно обработать раны, — заявляет он решительным тоном. — А после мы с тобой едем в больницу. И никаких «не поеду».
— Хорошо, — сдаюсь я под его властными нотками.
— Оставайся здесь. Я мигом…
Вернувшись, он молча макает ватный шарик в раствор и аккуратно проводит им по местам расслоения кожи.
— Где еще?
Почему он так уверен, что есть где-то еще?
Ох, требовательный, немигающий взгляд напротив вынуждает меня подчиниться и всё же обнажить локоть. Взглянув на рану, Игорь меняется в лице. Спустя секунду на меня смотрят ошарашенные глаза. Виновато морщусь, не зная, что ответить на его многозначительный взгляд. Недовольно качает головой и принимается за покалеченный локоть. Пока он аккуратно обрабатывает рану, не забывает спросить о других местах.
— Коленки, — отвечаю я и, замявшись, добавляю: — Только, наверно, нужно снять колготки. По правде говоря, я сама еще не видела, в каком они состоянии.
— Хорошо. — Игорь громко вздыхает. — Снимай, — просит он, закончив с рукой. Однако я не спешу этого делать. Не потому что стесняюсь, а потому что не могу сделать то, что он просит, по физическим причинам. Я приросла к стулу, не имея возможности встать безболезненно. Игорь замечает мои колебания.
— Алекс?
— Я не могу… — (В его глазах непонимание.) — Я не могу встать. Поможешь?
Игорь теряется, бросает обеспокоенный взгляд на мои ноги и снова смотрит прямо в глаза.
— И ты молчала? Я заставил стоять тебя всю пару. Ты что, не могла сказать мне? — (В ответ я лишь покусываю губы.) — Господи, Алекс!.. — Он в отчаянии хватается за голову. — Иди сюда, — и мягко привлекает меня к себе, без всяких усилий поднимает меня со стула, словно ему ничего не стоит поднять пятьдесят килограмм. Тем более, что он уже это делал, поднимал меня.
Оказавшись высоко над полом, медленно расправляю согнутые коленки и туфлями нащупываю твердую поверхность под собой. И Игорь, убедившись, что я сама могу твердо стоять на ногах, отпускает из объятий, швыряет стул в сторонку, чтобы тот не мешал, и опускается на корточки, запустив свои руки под мою юбку. Не ожидала, что он сам начнет стаскивать с меня колготки. Еще секундная заминка с моей стороны, и я бы не успела возразить.
— Я сама.
Игорь поднимает на меня глаза и смотрит снизу вверх. Верно истолковав выражение моего лица, он согласно кивает:
— Хорошо.
