Кто-то явно побывал в его каморке. Гэри посмотрел на свое кресло: подушка была перевернута. Вчера он не обратил на это внимания: в больницу нагрянула полиция, расследовавшая убийство сестры Бэрроуз, а затем, когда жена этого пациента была поймана с поличным, ему было не до того. После сегодняшнего дня Гэри снова возвращался в свои любимые ночные смены. Он пришел лишь затем, чтобы демонтировать собственное оборудование, хотя и был удивлен, что Дэллоуэй попросил его это сделать. Как-никак это вещдок. Вдруг полиции захочется на него взглянуть?
Вероятно, Дэллоуэй нервничал по поводу установки камеры. Хотя с какой стати, если это спасло человеку жизнь? Гэри был бы только «за», если б его участие было как-то отмечено. Глядишь, после этого его приняли бы служить в полицию… В сорок два года Гэри не считал, что уже слишком стар. Да он здоровее большинства парней, которые на десяток лет его моложе. К тому же он наблюдательный.
Гэри перевернул эту подушку, после того как пролил на нее полстакана йогурта. Липкая розовая жидкость заляпала ему брюки, но в основном пролилась между ног. Штаны он вытер влажной салфеткой, но подушку только перевернул. Кто-то явно трогал ее, но Гэри не мог сказать, было так до вчерашнего дня или уже после.
На всякий случай он оглядел комнату – вдруг что-то еще окажется не на своем месте. Не заметив ничего подобного, остановил взгляд на экране компьютера. Помимо жены этого пациента с ее супом, в клинике творилось еще что-то нехорошее. Начнем с того, что убита старшая медсестра отделения…
Эмили Джейкобс пришла к нему в офис вся такая милая, якобы в поисках воришки. Так он ей и поверил! Тем более что до того вечера она вечно смотрела на него ледяным взглядом. Явно что-то искала… вот только была ли это нечистая на руку пациентка?
Вспомнив дату, которая ее интересовала, Гэри перевернул подушку и сел. Возможно, ему придется просидеть тут несколько часов, но торопиться некуда. Он поищет ее – будь то в обычной одежде или в больничной униформе, поскольку Эмили сказала, что была в тот день пациенткой, – и пойдет дальше, начиная с этого кадра. Расположившись поудобнее, Гэри не без волнения приступил к поиску файла. Внутренний голос подсказывал: он непременно что-то найдет.
Он будет хорошо смотреться в полицейской форме. Гэри уже видел себя с серебристо-белым идентификационным номером на погонах. Возможно, учитывая его возраст и опыт, он быстро дорастет до детектива… Он уже решил, что если обнаружит в записях что-то подозрительное, то не пойдет с ними к Дэллоуэю. Он не упустит шанс быть названным в качестве того, кто обнаружил главную улику. Нет, он передаст запись прямо в полицию, и тогда, когда снова подаст заявление о приеме на службу, его имя уже будет хорошо известно.
– Офицер Бердж, – произнес вслух Гэри, уже вживаясь в роль. – Я из полиции, отойдите в сторону.
Хохотнув, он потянулся к пакету и сунул последние две зефирины, розовую и белую, в растянутый в ухмылке рот.
Надеясь, что она все равно сможет посетить свадьбу, Джеральдин положила в багажник машины свой новый наряд. Сейчас на ней были рабочая юбка, блузка и жакет; ноги голые – в конечном итоге она решила, что для колготок слишком жарко. Заколка с цветочками, удерживавшая ее волосы, не входила в число вещей, которые Джеральдин обычно носила на работе, равно как и бриллиантовые серьги или полный макияж. Она намеревалась выглядеть великолепно в течение всего дня. И не гоняться за чем-то несущественным. Дэллоуэй вряд ли обрадуется, если она снова появится перед его дверью с тем же оправданием.
– Да, незадача, – сказала Джеральдин себе под нос. Это была ее работа – подмечать невинные на первый взгляд мелочи. Да что угодно, если это вызывало у нее подозрения. В противном случае, какой из нее детектив?
Вытащив мобильник, инспектор позвонила сержанту Мартину, чтобы узнать последние новости: вдруг кто-то видел Эмили? Тони Мартин ответил после первого гудка. По эху автомобильного индикатора она поняла: он сейчас за рулем.
– Привет, Джеральдин. Что, звонишь мне в свой отгул? Мне казалось, ты собиралась на свадьбу…
– Так и есть. Просто на всякий случай проверяю, как там дела.
Он усмехнулся:
– Все спокойно. Твою пропавшую пациентку никто не видел. Я еду в клинику – нужно разузнать чуть больше про эту миссис Джеффрис, которая пыталась убить собственного мужа. Не хотелось бы явиться в королевскую прокуратуру с термосом супа в руке.
Джеральдин рассмеялась:
– Надеюсь, ты благополучно доставил его в лабораторию?
– Конечно. Я подозреваю, что этот томатный суп был сварен с морепродуктами. Из того, что я понял, она знала, что у него на них аллергия.
– То есть ты считаешь, это ее рук дело? – спросила Джеральдин, надеясь, что Эмили никак к этому не причастна.
– Ее застукали с поличным, поэтому я сейчас и еду туда. Чтобы собрать больше доказательств.
– И больше ничего нового?
– Ничего.
– Хорошо, Тони, удачного тебе дня, – сказала она и дала отбой.
