— Какая невеста, ты о чем?
— Не делай такого лица, как будто ты ничего не знаешь.
— Я не понимаю о чем ты. Объясни толком.
— Не обязана, иди к своей суженной и там сам объясняйся.
— Доминика! — оооо кто-то сейчас взорвётся, не вижу, но ощущения как будто пар из ушей валит, — говори, что за бред с невестой.
Неужели она соврала? Но… как так, разве такое говорят в шутку?
— Алла сказала, что ты сделал ей предложение. — смотрю на него в упор, хочу увидеть реакцию.
— Чтооо? — а он действительно удивлён. Ну не может же человек Так притворяться. — что за х*йня?
Морщусь, не люблю когда матерятся.
— Извини, вырвалось. Но это полная чушь, Доминика. Я не делал ей предложение, слышишь. Так ты из-за это так «зажигала» сейчас с Марком. Ты же моя девочка, — с нежностью и улыбкой на лице, гладит мою скулу рукой, — моя девочка ревнует. — и такие чёртики довольные в глазах.
— Пошёл ты к черту, Макс. И забирай свою девушку с собой, раз уж не невесту.
— Да, она сейчас моя девушка, но это не надолго. — О чем это он? Не понимаю. — Доминика, потерпи немного. Неделю, может две. Ну, максимум месяц. Я все разрулю, и мы будем с тобой.
— Ты о чем? — а сердце по немногу, еле — еле, начинает биться с надеждой.
— Я не могу тебе сейчас все рассказать. Но через время, обязательно скажу, и я уверен ты меня поймёшь и простишь.
— Макс, я хочу знать сейчас.
— Любопытная моя девочка, — и от слова «моя» ритм сердца ускоряется, — все расскажу. Но только не сейчас. Потерпи немного.
Смотрит так нежно и с надеждой, что все бастионы выстроенные за эти несколько часов просто пали. Так хочется поверить, что все что было между нами не только от избытка моих чувств, а что и с его стороны эти самые чувства были.
От взгляда его красивых серо-голубых глаз я просто таю. И перед ним снова я, простая и наивная Доминика.
Нет! Нет! Соберись!
— Сколько? — рискну. Лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть, и гадать, а "вдруг бы все было по другому"
— Максимум месяц.
— Хорошо. Тогда не приходи и не звони мне в течении месяца. Когда все разрулишь, как ты говоришь, тогда я жду тебя с объяснениями. Не факт, что я пойму и прощу, но хотя бы выслушать обещаю. До тех пор не хочу с тобой встречаться. Ни с тобой, ни с ней. А теперь отпусти меня, меня девочки ждут.
Он явно не такой ответ ожидал услышать. Глаза опять стали стальными.
— Может не девочки, а мальчик. Настойчивый и привлекательный, который облапал тебя уже как мог во время танца!? А может ты этот месяц без меня собираешься провести с ним? Что бы так сказать "сравнять счет"? 1:1, так Доминика?
— А если даже и так, то что? Имею права! Я девушка свободная.
— Доминика, не зли меня.
— Макс, ты обременен отношениями с Аллой. Как освободишься, там и посмотрим. Я не буду запасной. Никогда, слышишь!? Никогда. А если вы женитесь, то тем более! Я не буду разрушать семью!
— Какую семью? Ты о чем? Я же тебе сказал, я не делал ей предложение.
— Твое слово против ее. И кому мне верить?
— Верь мне. Я не говорю, что без ума влюблен. Потому что не знаю этого чувства и не хочу лгать. Но я точно знаю, что не хочу тебя делить с Марком.
Пытаюсь его оттолкнуть. Чертов собственник. Игрушку не хочет делить. А чувствовать, ничего не чувствует.
— Пусти меня!
— Нет. Сначала ответь.
— Ничего не обещаю. Я тоже не уверена, что чувствую к тебе. Может это просто симпатия, и скоро все пройдет. Особенно, если рядом будет молодой и симпатичный мужчина.
— Да конечно. Поэтому ты свою девственность отдала мне, потому что ничего ко мне не чувствуешь. Научись лучше врать, и тогда, быть может я тебе поверю.
Моя свободная рука как-то сама поднялась и влепила ему пощечину. Слезы, предательские слезы выступили на глаза.
Макс отпустил мою руку, но только для того, что бы впечатать меня в стену посильнее, схватил мои руки и поднял их над головой, закрепив в этом положении одной своей рукой. И начал целовать меня. Жадно, грубо, страстно. Выбивая все мысли из головы и оставляя лишь желания быть с ним, быть его женщиной..
Я почувствовала как вторая его рука начала поднимать по внутренней стороне бедра. А потом и вовсе залезла ко мне в трусики.
Хотела воспротивиться такому наглому, но все же желанному проникновения, на что Макс оторвался от моих губ и пошел в "наступление к моему ушку, и начал его целовать и дышать в него. Мои ноги сразу стали ватными. Непроизвольный стон вырвался, прежде чем я смогла его подавить. Два его пальца раскрыли мои половые губы, а потом другой палец начал движения вверх вниз едва задевая клитор.
Я еле удерживала желание раздвинуть ноги по шире, что бы продолжить более откровенную ласку.
— Да ты уже мокрая. Ты меня хочешь, именно меня. Вспоминай это ощущение, когда тебя попробует тронуть другой мужчина, и поймешь, что вот это, — надавил на клиток сильнее и потерся об него ритмичнее, — и не только, ты получала от меня и хочешь продолжить только со мной.
