— Какая свадьба, Доминик, я ей даже предложение не делал. Да, я поступил плохо, влез к девушке в доверие, и обманул. Но кроме нее, никто бы не смог достать эти документы для меня. Он никому не доверял.
— А как же Алла? Тебе перед ней не стыдно?
— Она не влюбилась в меня, поэтому угрызения совести меня не мучают.
— Откуда ты знаешь? И вообще, как она согласилась? Это же ее отец!
— Она и его не любила. Просто ей нужно было, что бы он ее обеспечивал. А за то, что он ее не признал, как дочь и мать ее не уважал, она его ненавидела. Вот и отомстила. Я с ней щедро расплатился. Думаю, ей на долго хватит.
— Я и не знала.
— Ты много чего не знаешь, но мы еще поговорим с тобой, а сейчас мы уже приехали.
За разговором я и не заметила как мы дошли до леса, и даже вышли к чудному озеру. На берегу которого был небольшой домик, а возле него мангал, столик, скамейки, качели. В общем, все для отдыха.
Так не обычно было видеть парней возле мангала, готовящих шашлыки. Мы с Ирой занялись нарезками овощей, хлеба и т. д.
Когда сели за стол, чувствовалось небольшое напряжение. Кеша с Валей старались шутить, но ни Макс, ни Леха, а тем более я не поддерживали их настрой. Ира смеялась и собственно говоря, все. Макс сел рядом, старался ухаживать за мной. Подавал лучшие кусочки мяса, подливал сок в стакан, один раз даже салфеткой вытер с губ крошки хлеба.
Я тихо благодарила его, но больше никак не выказывала своего отношения к нему и его действиям. Ловила взгляды Леши, и мне они совсем не нравились. Какая-то агрессия ощущалась. И мне был не понятен его настрой. С чего вдруг?
Но спрашивать его об этом я не собиралась. Завтра мы уже не увидимся, и нечего зря нервы расшатывать.
Немного отдохнув решили двинуться в обратный путь.
Я отваевала право самой ехать на лошади. Чувствовала себя уже более уверено, да и вспомнила основы езды верхом, которым меня обучал отец.
Выехав из леса мы начали по немногу ускорять скорость езды на лошадях. Появился азарат, желание быть первой.
— Ника не гони!
— Да брось, Кеша! Она у меня спокойная, не скинет. А сама я и не упаду, крепко держусь. Не переживай.
Максимильян и Леха приблизились ко мне с двух сторон.
Говорить мне не хотелось и я легко сдавила бока животного ногами, что бы оно перешло на рысь. Боже, как же это приятно! Вот так скакать на лошади! Вспоминать, как мы это делали с папой на пару. И захотелось еще быстрее, что бы ветер дул в лицо сильнее, развивая волосы.
Вспомнила, как говорил мне отец — слегка натянула поводья, замедляя ход моей лошади, затем немного сдавила ее бока ногами, после чего слегка подтолкнула ими животное вперед, давая таким образом сигнал к галопу. И поскакали.
Кайф! Чистой воды! Я уже не слышала крик Макса и всех остальных. Я уже ничего не хотела слышать, я хотела ощущать! И это было прекрасно!
Но длилось недолго, меня догнали и опять с двух сторон окружили эти двое дружка, разных с лица.
— Доминика, остановись! Немедленно!
— Отстань, Макс! Я не хочу! — крикнула я ему.
— Ника!
Это последнее что я слышала. Не знаю что произошло, но лошадь повела себя как-то странно.
Сначала она остановилась, подвела задние ноги под туловище, после чего отталкнулась передними ногами и сделала взмах головой.
В голове мелькнула мысль, за доли секунды я поняла, что бывает в таких случаях. Я постаралась быстрее послать лошадь вперед при помощи шпор. Но моя попытка не увенчалась успехом и тогда я ее повторила. Через несколько неудачных попыток, животное перестало попытки вставать на дыбы. А именно это она и собиралась сделать.
После я ослабить поводья, и обхватила лошадь за шею и подалась всем корпусом вперед. Лошадь окончательно сдалась и встала на передние ноги.
Максимильян уже был рядом, спешился и потянул меня на себя. Я буквально сползла с лошади прямиком в объятия Макса. Меня трясло. Осознание того, что я могла сейчас упасть с лошади и разбиться меня повергло в ужас. В эту секунду я благодарила бога и отца, за то, что проводил со мной так много времени, что объяснял, как правильно себя вести на лошади в той или иной ситуации. И просила прощения у Юлика, что свою легкомысленность. Но все же, я была горда за себя, что в теории все помнила, хоть и не практиковала почти ничего. Страх послужил катализатором воспоминаний об теоретических уроках папы, правил поведения на лошади.
Шок по понемногу начал отходить и я начала слышать слова, которые Макс говорил мне на ухо, гладя по голове одной кукой, а второй сильно прижимая мое тело к своему.
— Доминика, маленькая моя, боже как я испугался! Какая же ты молодец! Ты моя умница! Красавица моя. Сориентировалась. Я уже боялся, что потеряю тебя, снова. Нет, я бы не смог это пережить во второй раз. Боже, Доминика! — и тут я почувствовала, что поглаживания прекратились и он сдавил мне шею сзади, и голос стал уже не успокаивающим, а обвиняющим, — да как ты вообще додумалась мчаться галопом, в следующий раз я сам тебе шею сверну, если еще хоть раз себе такое позволишь. Поняла!? Говорил же остановись!
