Купить краски и нарисовать портрет своей мечты, мужчину из другого мира. А затем проснуться и встретить его уже в 1096 году. Юля каким-то чудом оказалась в прошлом, в графстве великого графа Торгина, в плену. Как поступит властный граф с незнакомой красоткой, и как сама Юля воспримет варварский мир? А как бы ей не влюбиться в этого могучего красавца? Так как неизвестно, что потом делать с этой любовью с разницей почти в тысячу лет.От автора: Однотомник.Исторические события в книги 1096 г в Англии имели место быть, но обыграны фантазией автора, никаких привязок к датам, историческим героям, месту действия, одежде и поведению героев!
Я налила кофе и села на кухне, подобрав под себя ноги в толстых белых носках. На улице второй день шел холодный дождь, сбрасывая листву, засыпали деревья, обнажая серый скелет. Осень. Иногда прекрасная с чудесной погодой, солнечная и золотая, с вкраплениями красного и зеленого. А иногда такая, серая, безликая, умирающая, как моя жизнь.
Нет, в моей жизни все было отлично. Я работала преподавателем в школе искусств, учила детей и взрослых рисовать. Мои руки каждый день держали краски и пахли скипидаром, а под ногтями часто скапливались кусочки всех цветов радуги. У меня была мама, отец умер, жила я одна в своей квартире, в Москве. О чем еще можно мечтать? Но…
Меня вчера уволили. Не скажу, что это было неожиданно. Давно ходили слухи, что школу закроют, нет финансирования. После того, как мир накрыла эта пандемия, школа еще какое-то время продержалась на онлайн уроках. Ученики вначале оплачивали занятия, потом стали пропадать и вот, мы все оказались за бортом. Я тоже теперь осталась без работы.
В моей личной жизни также наступила осень. Мой любимый мужчина не появлялся уже почти неделю, а на мои два звонка даже не ответил, сбрасывая. Телефон молчал, почта была пуста, сообщений тоже не было. Я конечно ожидала такой развязки, кто в двадцать шесть лет находит свое счастье и живет отлично? Ну явно не я. Завтра у меня день рождения, мне не с кем его отметить. У меня есть одна подруга, с которой мы вместе работали в школе искусств, но вести ее куда-то в кафе или пригласить домой? Экономия… В мою жизнь вошло это слово, чуждое мне по своему образу. Я не была транжирой, но мы получали хорошую зарплату, и я уже отвыкла экономить.
Нет, кое-какие запасы есть, благо еще жилье свое. У подруги хуже, съёмная квартира и муж без работы. У меня нет ни мужа, ни детей. В такой момент думаешь, что это благо, а с другой стороны, муж бы работал, хоть какая-то поддержка.
Я тяжело вздохнула и ополоснула чашку из-под кофе, прошла в комнату. Что делать? Искать работу-не хочу, смотреть телевизор-тоже. Как ни странно звучит, мне хотелось писать, рисовать, малевать, что-нибудь, такое же мрачное и серое. Я каждый день держала в руках краски и кисти, но это не то. Хотелось что-нибудь написать для себя, что, я не знаю.
Я потянулась к папке с белыми листами и достала карандаш. Что бы нарисовать? Руки быстро набросали рисунок серого скелета дерева без листьев, что я видела в свое окно. Рядом расположились тени такого же неба. Мрачно, пусто, мертво, не то. Я встала с дивана в гостиной и подошла к столику, выдвигая ящики один за другим, где-то тут была акварель. Наконец, я нашла старую коробку и открыла первый тюбик с зеленой краской. Посыпались мелкие кусочки, краска намертво засохла и это у меня, у художника?!
Перебрала один за другим всю коробку, красок нет, все в мусорное ведро. Опустилась рядом со столом на пол и тихо заплакала. Что я делаю не так, почему все так плохо? Слезы текли горячими ручьями, казалось они копились целую вечность, чтобы вырваться на волю именно сегодня. Я проплакала долго и остановилась только тогда, когда нечем стало дышать. У меня есть одна особенность, может и у всех так, когда я плачу, намертво забивается нос. Приходится дышать ртом, искать капли для носа и плач сам собой проходит. Вот и сейчас пришлось встать пойти в ванную, умыться и достать из аптечки капли. Нос задышал, я успокоилась. Мелочь, а помогло.
Придется ехать за красками. Хорошая возможность провести день вне дома. Я не хотела выходить на улицу, где была мерзкая погода, дождь, видеть людей. Смотреть, как они равнодушно скользят по тебе взглядом. Иногда мне казалось, упади я сейчас, начни, например, задыхаться или сломаю ногу, все просто пройдут мимо, даже не заметят. В метро хуже всего: все спешат, толкаются, жмутся к тебе, нарушая твою защиту, твое пространство.
Я не люблю метро. Да удобно, не спорю, но, если есть возможность туда не спускаться, я всегда ею воспользуюсь. Сейчас такой возможности не было. Туда, куда я собиралась, был путь только на метро, благо станция Свиблово видна из моих окон. Конечно кто-то скажет, сейчас на каждом углу магазины, что торгуют красками, кистями и карандашами. Это не то. Художник должен быть в атмосфере творчества, картин. Можно еще заказать через интернет, но нет. Мне нужно потрогать, понюхать, перебирать тюбики и провести пальцем по шелку кистей.
Я натянула джинсы, серую водолазку, на ноги ботинки на шнуровке и рука привычно потянулась к серо-зеленой куртке-плащу. Но опустилась. Хотелось чего-то яркого, чтобы внести пятно в мрачную осень. Прошла и достала из шкафа ярко-красную куртку, я ее так и не надела ни разу. Что-то нашло на меня весной, захотелось и купила, но так и не осмелилась надеть. Теперь я с удовольствием влезла в мягкую короткую куртку и вышла из дома. Конечно, зачем мне зонтик, я же непромокаемая! Быстро добежала до метро и спустилась в его жаждущий рот, что поглощал толпы людей каждый день.
