— Им нужно было оплачивать частный сад Роберта, мою школу и твой колледж, но помимо этого ты вечно добавляла проблем своим попаданием в больницу и они вынуждены были оплачивать твоё лечение, потому что ты не могла даже убиться нормально.
— Тебе как-будто тридцать, даже это ужасное платье выглядит слишком по взрослому.
— Потом эта ситуация в больнице, — сжала Милена кружку, что казалось она лопнет в её руках.
— Ммм.
— Мама взяла ещё один кредит, чтобы расплатиться за сломанный ноутбук и за адвоката, потому что они как и обещали подали на тебя в суд.
— Что?! Вот уродина!
— Мама выплатила им долг, но взяла новый кредит на похороны отца. И теперь нам нечем платить за дом, не на что покупать одежду и продукты, а ты решила закатить ей истерику! — Это точно моя сестра? Её глаза пылают ненавистью ко мне.
— Она могла бы мне всё объяснить, уверена, скоро всё наладится.
— Что наладится?!
— Не надо на меня орать, словно я виновата лично перед тобой! — Отвечаю тем же криком.
— Именно ты и виновата во всех смертях и даже папа умер из-за тебя!
— Да пошла ты, — схватив рюкзак поднимаюсь в свою комнату закрыв на замок дверь.
Разве может такая маленькая девочка быть такой жестокой? Я не меньше виню себя в смерти папы, но это уже слишком. Бросив одежду на пол иду в душ, хорошенько отмыв волосы и тело. Вроде никакого запаха не осталось. Намотав полотенце на волосы выхожу из душа оставляя мокрые следы на полу. Снова запираюсь в комнате, разбирая рюкзак. Книгу к жизни уже не вернуть, придется купить новую и несколько тетрадей из-за неё попортились. Макбук тоже был в пятнах, но не похоже, что залито, что-то важное. Протерев его спиртовыми салфетками ставлю на стол сдвинув накопившийся хлам. Да мне точно его подбросил кто-то, я ж убиралась недавно! Саму сумку стирать нет смысла, уже залипли замки и пропитались потеки насквозь. Разложив ручки, карандаши и целые учебники с тетрадями грустно вздыхаю. Бред какой-то…
Одевшись в домашнюю одежду сажусь в мягкое кресло, скинув вещи на пол и включив телевизор.
«Все три случая между собой схожи. Очевидно в нашем городе появился маньяк, который убивает невинных девушек очень необычным образом. Тела их словно сожжены, но криминалисты утверждают, что смерть наступила по другим причинам. Женщины будто высушены и обескровлены! А, что если этот маньяк подражатель вампиров?! Тогда дело приобретет новый формат?»
Что за идиоты им пишут сценарии? Собираясь переключить замечаю знакомую прачечную и накрытое тело девушки, с которой я столкнулась той ночью. Блин, даже жутко стало. Видны были только руки и ноги и это выглядело ужасно. Взглянув на свои тонкие пальцы понимаю, что по сравнению с высушенными пальцами жертвы мои просто бревна. Рядом разместили её фото при жизни, а она ничего была… Следующим было не менее шокирующее место преступления с больницы. Дьявол, это про ту медсестру, которую я ждала с перекура, но она так и не вернулась. Рассматривая торчащие пальцы на руке второй жертвы, моментально нахожу сходства в высушенных костях обтянутых серой кожей. Сейчас стошнит… Кто это сделал, а главное зачем?
Финальная жертва просто убила. Сначала, я даже не поняла, что это библиотека в моём колледже, но после красного пиджака, которым накрыли девушку моё сердце остановилось. Какого черта происходит в этом городе? Характер убийства тот же, она высушена как осенняя трава. Вот сейчас мне по-настоящему стало жутко. Я точно не вернусь туда. Звонок в дверь перепугал до усрачки. Сбежав вниз по лестнице отталкиваю Милену рявкнув, чтобы вообще не подходила к дверям. Не знаю если честно, что за мысли роились в моей голове, но интуиция подсказывает, что убийства как-то связаны со мной. Боже, пусть это будет не так.
— Чего надо?! — Кричу в домофон, глядя на мужика в кепке с логотипом Appel.
— Доставка!
— Мы отменили её!
— Но мне не пришло уведомление об этом, — удивился он. Открыв дверь, показываю сообщение об отмене заявки.
— А, ясно, но надо подписать всё-равно здесь, — рисую закорючку где попросил, захлопнув дверь.
— Прощай макбук и телефончик…
— Я спать, — проплыла как призрак Милена в комнату Роберта.
Да и пусть. Лучше им там сидеть и не вылазить. Снова звонок в дверь напугал до чертей, я даже уйти ещё не успела. В экране показались два человека в полицейской форме. Вот и дождалась, когда они найдут связь со мной? Но открывать дверь как-то страшно.
— З-здравствуйте… — Говорю в домофон.
— Здравствуйте, нам нужна Кира Камо?
— Её нет дома, она на работе.
— Посмотрите наше удостоверение, — раскрывает корочку перед камерой. Ну посмотрела, — Вы можете открыть дверь?
— Дома только дети, они напугаются.
— Нам нужно поговорить с Оливией Камо, — загибая пальцы, гадаю открыть не открыть? Пикнув, дверь открылась.
— Я, Оливия Камо.
— Здравствуйте, мы должны задать вам несколько вопросов в участке.
— Я не могу оставить детей одних дома.
— Где ваша мать?
— Она единственный опекун троих детей и должна работать, чтобы обеспечивать нас.
— Она не может вернуться домой?
— Не может, я же объясняю, если она уйдет с работы, её уволят.
— Мы можем дождаться её?
