Первую предложил Ал Цукерман, объяснив на Поющих в Терновнике, Унесенных Ветром, и еще на несколько книгах, что:
- Наоборот, не надо давать читателю вообще шанса выпустить книгу из рук, пусть читает до утра, за обедом и ужином, в туалете, и даже по дороге на работу, чтобы отпроситься на сегодня-завтра, и дочитать этих:
- Унесенных Ветром, - ибо, как сказал он начальнику цеха, старшему мастеру, и просто мастеру:
- Чи-та-ю-ю Книгу!
Следовательно, никаких прямых отступлений, и перемен погоды, и снег, и ветер, и звезд ночной полет, меня мое сердце:
- Всегда в тревожную даль зовет.
Но вот, говорит Иван Толстой, наше молодое самое передовое общество в мире:
- Отрыло Перерыв на перемену. - И стало так хорошо, что и возвращаться назад для этого чтения никак не хочется, так бы всю оставшуюся жизнь и играли в футбол даже с девчонками.
Всё это так, всё это правильно, но!
Но Иван Толстой привел в пример Пушкина, что именно он рассказал, как начинать сказку про белого бычка:
- Всегда с начала.
Но в том-то и дело, что нет! Две разницы в написании большого количества страниц - это именно Пушкин и книги, которые привел Ал Цукерман, как пример бестселлеров.
Как учат писать в школе школьные сочинения - это уже не третья разница, а как сделать так:
- Чтобы эти школьные сочинения никто не читал, а только и обязательно:
- Мучился.
Пауза в повествовании у Пушкин имеет совсем другой смысл, чем имеют его школьные сочинения, желающие только выполнить приказ учительницы:
- Читобы было не меньше пяти-десяти страниц в вашем изложении.
Ибо у Пушкина и нет никакого повествования, которого необходимо придерживаться, чтобы закономерно появился:
- На красных лапках гусь тяжелый,
Задумав плыть по лону вод,
Ступает бережно на лед,
Скользит и падает веселый.
Мелькает, вьется первый снег,
Звездами падая на брег.
Что заметил Катенин, и сообщил, что:
- Не помню, что и было в этой главе Евгения Онегина, только гусь пробежал, да жук прожужжал.
Так происходит потому, что перед Пушкиным стоит не та задача, что пред учеником в школе:
- Написать сочинение на Тему. - Там:
- Образ Катерины в её темном царстве, или:
- Почему Софья так злобствует против влюбленного в нее Чацкого.
Пушкин расписывает другую тему, как минимум:
- Быть или не быть, - а еще точнее:
- Сотворение Мира Богом. - Следовательно, не картинку перед собой рассматривает, а исходит из:
- Фундамента, - состоящего только из шести дней творения и седьмого отдыха. - Как он сам и говорил:
- Тема должна быть не меньше Ада Данте Алигьери.
Следовательно:
- Тема не передо мной, а во мне. - Поэтому отключаться от себя до беспамятства не имеет никакого смысла.
Школьное же сочинение пишется, как пишется-делается Госплан:
- Сёдня вы министр сталелитейной промышленности, а завтрева, авось попадете на картохвель с иво сельским хозяйством. - Зачем?
- Вот именно за тем же, зачем Сергею Солоуху скушно писать одно и тоже.
В принципе, не зря, конечно:
- Им овладело беспокойство,
Охота к перемене мест,
Весьма мучительное свойство,
Немногих добровольный крест.
Но сразу видно, что эта Охота к перемене мест разная у Пушкина и у школьного сочинения, по образу и подобию которого построена вся советская литература. Ибо фундамент как любой самой высокой и самой толстой советской литературы и школьного сочинения всегда и абсолютно:
- Один и тот же, - а именно:
- Краткий Курс, - превзойти который не имеют права ни академики, ни плотники, ибо все они:
Одни и те же монтажники Партийности - искусственно созданной определенности, имеющей, тем не менее, основание в древней Вавилонской Башне, смолой для кирпичей которой послужила тоже искусственно созданная человеком смола под названием:
- Кор-руп-ция-я-я.
Краткий Курс - это зерно, которое не имеет права расти, метаморфоза превращения в дерево у него отсутствует на генетическом уровне заодно с самой генетикой.
И фундаментом этой разницы является Человек:
- Герой он романа, - или как сказал Высоцкий:
- Просто так: погулять вышел?
Имеется в виду напрочь не понимаемая многими истина:
- Читатель - это и есть Главный Герой Романа. - Не для красного словца, а на самом деле:
- Такова конструкция художественного произведения, открытая Вильямом Шекспиром. - А не просто так он перевел на язык Шервудского леса древние сказки.
Поэтому, что гусь плывет, что жук летает, а:
- Я-то! тоже всегда Там. Там-там-там-там-там-там.
Вот, как говорится:
- Эдак надо писать книги О Животных.
Именно коррупция Скалозуба и Фамусова не дает возможности Чацкому - как Читателю - предстать перед Софьей в своем истинном свете:
- Героем Романа.
Так же, как и мы не понимаем, что и Софья, как Марья Гавриловна из Метели А.С. Пушкина, читает со сцены только:
- ЧУЖИЕ ПИСЬМА, - письма ее далекого, древнего любовника:
- Жан-Жака Руссо и его:
- Новой Элоизы.
--------------------
31.10.16
На этой неделе 20 лет назад
Говорят про политзаключенных. И пропускают слово:
- Выпивка.
Вот и в 17-м году власть отнеслась к министрам Временного Правительства и другим крестьянам, как к:
- Выпивке, - название, которого нельзя найти даже в деревенском ларьке, где все с именами и отчествами:
