– Регина? Я приятно удивлен, думал, ты совсем забыла о старом друге. Как дела? Как семейная жизнь? Поговаривают, что ты все-таки вышла замуж за Влада, – засмеялся Дмитрий.
– Вышла, – скривилась я. – Дим, прости, что не появлялась, а сейчас звоню по делу. Но мне нужна помощь.
– Помогу, чем смогу, – посерьезнел друг. – Так, у меня тонна работы. Приезжай ко мне в офис, заодно тут и поболтаем.
– Ты все там же – в отделе по борьбе с наркотиками?
– Да, майора недавно получил, – радостно сообщил Дима, – давай часика через два ко мне, я закажу на тебя пропуск.
– Дим, я теперь Захарова, не перепутай.
– Повезло Владику, – со смешком проговорил он. – Давай, жду.
Я завершила вызов, отложила телефон и пошла собираться. Навела макияж, снова накрасив губы любимой алой помадой, надела строгий брючный костюм и сапоги на каблуках. Посмотрела на себя в зеркало и поняла, что даже тот огромный слой косметики, который просто обязан был скрыть мой уставший внешний вид, не справился.
Вздохнула, натянула пальто и решительно вышла из дома. Лиза убежала еще полчаса назад.
Постояла на автобусной остановке, радуясь перемене погоды. Ветра не было, радостно светило солнышко. На земле тонким слоем лежал белый снег, и в целом жизнь перестала казаться такой серой и унылой.
Дождалась нужного автобуса и спустя полчаса уже шла к знакомому зданию, где совершал трудовые подвиги мой старый институтский приятель. На губах даже заиграло некое подобие улыбки.
Пройдя через открытую калитку кованых ворот, подняла голову и приросла к месту. Мне казалось, что меня облили ледяной водой на морозе, а боль в груди стала почти невыносимой. В глазах потемнело, пока я смотрела на Капацкого у крыльца – тот заботливо держал на руках малыша месяцев пяти на вид.
Иван сюсюкал с ребенком, а стоящая рядом милая, крохотная блондинка смотрела на них и блаженно улыбалась. На ее лице застыло умиротворение, а когда Капацкий что-то сказал, девушка радостно засмеялась.
У меня же просто земля ушла из-под ног, хотя чего я ожидала? Это моя жизнь десять лет стояла на паузе, Ваня же успел обзавестись семьей. И сыном, о котором так мечтал.
Проглотив мерзкий комок в горле, поняла, что снова готова разрыдаться. Кто-то толкнул меня в спину, недовольно что-то прошипев про барышень, которые никого, кроме себя, не видят.
И я уже было подалась к выходу, чтобы уйти, но как раз в тот момент словно из ниоткуда материализовались двое рабочих, несущих большой офисный стол, который с трудом помещался в проход.
Развернувшись на высоких каблуках и постаравшись принять самый гордый вид, на негнущихся ногах я пошла к центральному входу, стараясь не смотреть в сторону Капацкого.
– У Ванечки скоро полезут зубки, – услышала я обрывок фразы блондинки.
Его сына тоже зовут Ваня… Еще один Иван Капацкий…
У самой лестницы я не удержалась. Тело само напряглось, а я развернулась, встречаясь взглядом с Ваней. И его взгляд ничего хорошего мне не предвещал. Холодный, колючий, ненавидящий…
Он сильнее прижал к себе мальчика и не двигался с места. Казалось, что он даже не моргал, а все его тело окаменело. Утром он не надел очки, и лед его взгляда замораживал внутренности.
Руки задрожали, а я, с трудом удержав равновесие, быстро отвернулась и поспешила спрятаться за спасительной дверью отделения.
– Вы к кому? – равнодушно обратился ко мне дежурный. – Девушка, вам плохо?..
Я хватала ртом воздух, слыша только биение собственного сердца.
– Девушка, – забеспокоился молодой лейтенант, – может, скорую?
– Не надо, – выдавила я. – Я к майору Литвинову, он должен был заказать для меня пропуск.
– Ваш паспорт, – все еще косясь на меня – не рухну ли в обморок, – попросил лейтенант.
Дрожащей рукой я протянула ему паспорт. Мне выдали пропуск и объяснили, куда идти.
Свернув за угол, я привалилась к стене и прикрыла глаза, уговаривая себя не нервничать. Глубоко вдохнула, задержала дыхание до тех пор, пока легкие не начали гореть, выдохнула и, словно сомнамбула, ступила на первую ступеньку, крепко держась за перила.
Иван
Я застыл. Замер. Окаменел, глядя, как Регина легкой походкой проходит мимо, задрав подбородок.
Какого хрена она здесь делает? Какого хрена я вообще встречаю ее третий раз за три дня? Меня после вчерашней встречи еще не отпустило, а она, сука, снова появилась.
Аккуратно передал крестника Лесе, которая сразу же заметила перемены в моем настроении.
– Пошли, провожу тебя к мужу, – махнул я рукой.
– Вань, что случилось? – мягко уточнила Леся, поудобнее перехватывая сына.
– Ничего, – отмахнулся я, – пошли, Макс в кабинете.
Я встретил Лесю на улице. Голова болела так, будто по ней всю ночь долбили отбойником, потому что мы с Дэном ночью напились до зеленых чертей. Тело ломило, а в горле словно наждачкой потерли, но я все равно приперся на работу и не упустил случая понянчить крестника, когда жена моего друга, почти брата, приехала в отделение.
Я шел молча, в твердой уверенности наконец-то посмотреть правде в глаза. Как и чем она жила десять лет? Ради чего пожертвовала мной и моим ребенком? Нашим ребенком…
