— Приятного аппетита! — незнакомый парень подсел к Юнги, громко поставив поднос со своей едой к нему на стол.
— Ага… — буркнул Юнги и помолился про себя, чтобы этот надоедливый паренек поскорее свалил от него.
— Ты новенький, да? Я видел тебя сегодня, — не унимался парень, орудуя вилкой и ножом, пытаясь справиться с куском говядины. — Я тут уже год. Расскажешь, что с тобой не так?
— Со мной все нормально, — Юнги стиснул зубы и отвернулся, глядя на то, как улыбчивая повариха флиртует с одним из санитаров.
— Конечно, нормально, мы все тут «нормальные», — парень весело усмехнулся. — У меня обсессивно-компульсивное расстройство. Например, эту вилку я продезинфицировал пять раз, но мне кажется, она недостаточно чистая… У тебя нет с собой антисептика?
— Нет.
— Жаль… Слушай, а ты…
— Это ты послушай, — Юнги злобно посмотрел в глаза парня, сидящего напротив. — Вали отсюда и больше не подходи ко мне. Я нормальный, ясно?! И я не желаю общаться с такими психами, как ты!
— Да ладно, чего ты завелся-то? — отмахнулся парень, пережевывая кусок мяса. — Я вот что тебе скажу…
Юнги дошел до точки кипения. Завести его не составляло труда, а этот надоедливый и разговорчивый парень старался изо всех сил, не подозревая, что играет с огнем, и пока он рассказывал, какие установлены порядки в стенах клиники, как нужно себя вести и с кем лучше дружить, а кого обходить стороной, Юнги схватил первое, что попалось ему под руку, а именно нож, притянул к себе парня через стол за воротник футболки и резко, но осторожно, чтобы ненароком не нанести случайную рану, приставил лезвие к его щеке. На пол с характерным грохотом упали столовые приборы, тарелки и поднос, заставляя всех присутствующих замолчать и обратить внимание на столик возле стены, за которым происходила потасовка.
— Ты меня не понял, урод? — прорычал Юнги. — Катись к херам, и чтобы я тебя больше не видел на горизонте!
Двое санитаров подбежали к разбушевавшемуся пациенту: один оттащил испуганного парня, на щеке которого все же появилась небольшая кровоточащая царапина, а другой скрутил Юнги, повалив его на пол, выудил из кармана халата таблетку и насильно засунул лекарство ему в рот. Юнги матерился и брыкался, как мог, и он продолжил бы и дальше, если бы не внезапно охватившая его сонливость. Парень обмяк в чужих руках, что крепко его держали за плечи, и вырубился так быстро, словно не спал целую вечность. Его отнесли в палату, положили на кровать и попросили Джейн не будить его, пока он сам не проснется. Девушка согласно кивнула, а когда санитары ушли, тихонько подкралась к парню. Она села рядом с ним и стала медленно и аккуратно ощупывать его. Сначала Джейн потрогала крепкий торс, спрятанный под одеждой и одеялом, затем руки, на которых выступали вены, добралась до широких плеч, мягко сжимая их, словно мануально изучая каждый изгиб мужского тела, пробежалась тонкими пальчиками по линии подбородка, коснулась сухих губ и нежно погладила теплые щеки, на которых ощущались тонкие волоски.
— Со мной раньше в палате лежал пожилой мужчина, и трогать его было неприятно, — прошептала Джейн, наслаждаясь мягкостью волос Тэхена, — а ты молодой и, наверное, красивый. Я всегда считала, что лица людей — зеркала их душ. Не только глаза. Мимика, улыбки, морщинки… Все это многое говорит о нас. Я не люблю зеркала и не смотрюсь в них. Раньше мне помогали следить за собой, но теперь я приноровилась сама. Может, ты когда-нибудь поухаживаешь за мной? Мне было бы приятно. Но пока спи и отдыхай. Я уверена, мы подружимся и откроем друг другу наши сердца. У нас свои вселенные, отличные от других.
Джейн наклонилась вниз, легко коснулась губами виска Тэхена и, перебравшись через него, устроилась рядом возле стены, поворачиваясь к парню спиной. Девушка не занимала много места и вряд ли могла бы помешать своему соседу, который не среагировал ни на одно ее движение.
========== Кусочки пазла ==========