Регулярное прохождение психологических тестирований является неотъемлемой частью лечения, и сегодня я ходил к доктору Уайт. Она лично захотела пообщаться со мной, посмотреть, в каком я нахожусь состоянии, и оценить работу доктора Харпера. Мы давно с ней не встречались вот так, чтобы поговорить с глазу на глаз в ее кабинете, разве что изредка пересекались в коридорах и обменивались парой типичных фраз. Доктор Уайт была рада меня видеть. Мы обнялись, немного поболтали ни о чем и приступили к тесту Роршаха. Я понял, в чем его суть: доктору важно понять не то, что ты видишь в пятнах кляксы, а как ты это видишь — целую картинку или набор объектов; движутся они или находятся в состоянии покоя; скрывается ли для тебя там некая история или обыкновенный предмет, вырванный из твоего воображения. Оливия Уайт отметила, что показания на данный момент отличаются от тех, которые были в наши первые встречи. «Это плохо?», — спросил я. На что она ответила, мол, нет, наоборот, виден заметный прогресс. Ушел я от нее в приподнятом настроении. Что ж, если благодаря методике доктора Харпера я движусь в гору, а не падаю вниз, то можно быть спокойным.
Джейн в этот день нездоровилось. Она пролежала в кровати до самого вечера и не пришла ни на одно занятие. Без нее мне было тоскливо и одиноко, хотя вокруг меня постоянно мельтешили доктора и другие пациенты. Мы разговаривали, делились жизненными историями, но я не горел желанием вдаваться в те подробности, о которых знала только Джейн. Когда я начинал разговор о ней, все косо смотрели на меня, и я видел в их взгляде то ли насмешку, то ли осуждение. Ко мне пришел вывод: даже здесь, в стенах клиники, люди испорчены влиянием духа современной эпохи. Они, я был уверен, думали, что мы стали любовниками, и вывернули нашу светлую дружбу своей богатой фантазией.
Вернувшись в свою комнату после ужина и вечерней прогулки, я предложил Джейн сходить со мной в библиотеку (мозг срочно требовал подпитки), но она отказалась и попросила просто полежать вместе, что я и сделал с огромным удовольствием. У меня из головы не выходили лица пациентов, которым я рассказал о своих отношениях с Джейн. Из-за этого стало неловко обнимать ее, я почувствовал смущение, коим страдают влюбленные, находясь рядом с тем, перед которым испытывают особый трепет, но попытался убедить себя в том, что в наших объятиях нет ничего вульгарного.
Общество ежеминутно оказывает на нас влияние, даже если неосознанно, даже если мы сами этого не замечаем. Изменения есть, и они происходят внутри нас. Просто проявляются не всегда сразу.
1 апреля
Отчет 4
Я всегда задавался вопросом, существует ли Бог на самом деле. Для человека нормально и вполне приемлемо думать о таких вещах. Рано или поздно каждый придет к переломному моменту в этой извечно спорной теме. Думая и размышляя, я решил для себя, что верю, ибо происходят в мире такие явления, которые наука описать не в состоянии. Человеку обязательно нужно во что-то верить, иначе его душа загнется от сухости, а чудо никогда не постучится в его двери. Возможно, я ошибался и смотрел на вещи слишком наивно, по-детски, но мне хотелось быть убежденным в том, что есть наивысшие силы, протягивающие руку помощи тогда, когда все вокруг погрузилось в кромешную тьму. Я верил в Бога, но не в церкви, где даже там, в, казалось бы, священных и духовных местах, качаются деньги. Весьма удобно прикрываться лицом Бога и держать карман шире, хватая монеты из рук бедных старушек и просто верующих людей. Намджун был скептиком до глубины души, но теперь все изменилось. Появился новый Я, и этот новый Я будет смотреть на мир под иным углом.
За обедом мы разговаривали с Джейн на тему религии, и я узнал, что ее отец был глубоко верующим человеком и каждое воскресенье ходил с дочерью в церковь, но со временем девушка утратила свою веру в Бога и больше слышать о нем не желает. «Если бы Бог существовал, стал бы он спокойно смотреть на слезы детей, на распространяющееся по всему миру насилие, на бедность и катастрофы, уносящие жизни людей? Это какой-то неправильный Бог, раз он позволяет твориться тому, что творится на нашей планете, и я отказываюсь в него верить», — сказала она таким холодным тоном, что я растерялся и не нашел ответа. Неправильный Бог… Видимо, именно такой Бог управлял моей жизнью, раз я, как и многие другие, оказался в огромной яме бесконечных неприятностей, но, несмотря на это, я продолжал верить в него. Верить мне было больше не во что.
Перед сном мне захотелось сделать приятное Джейн, и я выбежал из корпуса, чтобы тайком пробраться на улицу. Я знал, что мне попадет за непослушание, но желание угодить девушке, которая мне нравилась, перевесило чашу весов. Договорившись с охранником (я подкупил его незначительной суммой денег), я вышел за ворота, отыскал цветочный магазин и набрал целый букет ромашек, чтобы поставить его в вазу на прикроватную тумбочку Джейн. Я рассчитывал, что она проснется и увидит маленький сюрприз, но она так и не проснулась. Пришлось ждать следующего утра.
2 апреля
Отчет 5
