Джейн взяла на себя заботу о маленькой дочке своей подруги, которая вынуждена на некоторое время уехать из страны. Ей на помощь приходит красавец Энди, дядя ребенка.Молодых людей неудержимо потянуло друг к другу. Однако Энди имеет присущий многим мужчинам взгляд на брак и в отношениях с женщинами руководствуется чисто утилитарными мотивами. Жизненное же кредо Джейн: «ни поцелуя без любви».Смогут ли герои преодолеть преграду предрассудков и ложных понятий и обрести счастье – единственно возможное лишь в объятиях друг друга?..
Неожиданно затрещал телефон.
– Неужели еще кому-то не спится?.. – недоуменно пробурчала себе под нос Джейн.
Она нехотя поднялась с кровати и побрела на кухню, откуда доносились телефонные трели. Обычно по воскресеньям Джейн раньше двенадцати не просыпалась, и все ее знакомые отлично это знали. В усталой измученной бессонницей голове начали зарождаться тревожные мысли.
Только бы с мамой все было в порядке! Господи, только не она, пожалуйста! Сердце Джейн сжалось от дурного предчувствия.
Она вспомнила отца. Ник Билз когда-то работал учителем, потом стал директором одной из местных школ. Но три года назад Ник в связи с ухудшившимся состоянием здоровья ушел на пенсию, и вот уже полгода, как его не стало.
Мать Джейн, Хелен, очень тяжело переживала смерть своего мужа. Родители были женаты больше тридцати лет. Любовь к ним пришла, когда оба были уже в зрелом возрасте, зато это было настоящее чувство. Именно такое, о котором мечтают, о котором пишут в романах и шанс испытать которое выпадает, к сожалению, не каждому.
Джейн была поздним ребенком. Что-то не так было со здоровьем Хелен: у нее случилось несколько выкидышей и она уже начала терять надежду стать матерью, как Бог послал ей здоровенькую голубоглазую девочку.
Джейн любила мать и боялась ее потерять. После смерти отца та стала таять на глазах. И как ни настаивала Джейн на том, чтобы мать обратилась к врачу, она отказывалась. А в свое оправдание говорила, что уже достаточно пожила на этом свете, вырастила дочку и что ее Ник зовет ее к себе…
После таких разговоров они обычно ссорились, но потом быстро мирились, и все повторялось снова. А Джейн продолжала ломать голову над тем, как же отговорить мать хоронить себя раньше времени.
– Алло…
– Джейн, извини, я, наверное, разбудила тебя, – донесся из трубки виноватый голос ее подруги.
– Шэрон, что случилось?
Кажется, ее опасения оправдываются…
– Через полчаса я к тебе заеду и все расскажу, хорошо?
Только этого не хватало, пронеслось в голове Джейн. Похоже, случилось что-то действительно ужасное, раз она не хочет говорить по телефону.
– Шэрон, это мама?..
– Нет, с твоей мамой все в порядке, – поторопилась успокоить ее подруга. – Я приеду и все расскажу. Пока.
С мамой все в порядке! Тяжелый груз свалился с сердца Джейн, но тревога осталась… Шэрон, как всегда, говорила спокойным ровным голосом – она умеет держать себя в руках. Но та, что подруга собралась к ней в такую рань, не сулило ничего хорошего.
Джейн медленно положила телефонную трубку на место и побрела в ванную.
Через пятнадцать минут она услышала звук открывающейся входной двери. Это пришла Шэрон.
Джейн быстрым шагом направилась к прихожей. В свое время подруги обменялись ключами. На всякий случай. Но как-то незаметно у них вошло в привычку приходить друг другу в гости и открывать дверь своим ключом. Однако они всегда предупреждали друг друга о своем приходе.
Шэрон стояла на пороге с восьмимесячной дочкой Сарой на руках.
– Джейн, мне нужна твоя помощь. Я, знаю, ты очень занята…
Джейн внимательно посмотрела на Шэрон, потом перевела взгляд на малютку. Подруга выглядела ужасно. Она была очень бледной, синяки под глазами не удалось скрыть даже под толстым слоем тонального крема, глаза нездорово блестели и были красными, словно она проплакала всю ночь.
Джейн бросилась к подруге, порывисто взяла ее за руку и повела в гостиную.
– Я все сделаю… Но что все-таки случилось? На тебе лица нет! И почему ты привезла с собой Сару?
Шэрон молчала, видимо раздумывая, с чего начать свой рассказ.
– Шэрон, садись, – Джейн указала ей на широкий диван, – а мою крестницу отдай мне. Я о ней позабочусь.
Шэрон послушно протянула ей дочку и села. Ее взгляд упал на кипу бумаг, разложенных на журнальном столике.
– О, Джейн, ты занята, – виновато протянула она.
– Нет, это у меня с вечера все осталось наваленным, ты же знаешь, что в такую рань меня ничто не вытащит из постели…
– Извини, я не хотела…
– Да что с тобой?! С каких это пор ты стала со мной такой церемонной? Шэрон?!
Джейн в полном изумлении смотрела на подругу. И тут она увидела, как глаза Шэрон наполняются слезами.
Джейн еще никогда не видела подруги в таком состоянии. Она всегда казалась ей такой сильной и невозмутимой!..
Джейн бережно положила Сару на большое кресло и села рядом с Шэрон.
И ту словно прорвало. Она уткнулась в плечо Джейн и попыталась что-то сказать, но разобрать, что не представлялось возможным. Рыдания буквально душили Шэрон.
– Ну, ну… – Джейн погладила ее по голове, словно маленькую девочку. – Успокойся и расскажи все мне. Я уверена, мы что-нибудь придумаем.
– Робби, – наконец-то удалось разобрать Джейн. Так звали мужа Шэрон. Месяц назад Общество Красного Креста командировало его в Африку.
– Робби? С ним что-то случилось?
Шэрон попыталась взять себя в руки. Ее глаза смотрели на Джейн, и в них читалась адская боль, терзавшая ее душу.
– Он попал в плен к какому-то племени людоедов. Это ужасно! – По ее щекам опять полились слезы. – Джейн!.. О, Джейн! Ну почему именно он?..
Джейн была в шоке.
