Я не Сэм полностью

Я думаю о том, как она оделась, о том, что она выбрала. Сначала это вызывает у меня улыбку, но потом я кое-то понимаю. Вместе предметы одежды выглядят несуразно. Вместе они противостоят друг другу.

Но каждый предмет в отдельности, - один из самых любимых Сэм. Каждый.

Я представляю, как она стоит с закрытой дверью спальни, глядя в большое зеркало на двери и выбирает свой образ. Однажды, неделю или больше назад, я спросил ее, что она видит, когда смотрит в зеркало. Поинтересовался, видит ли она там маленькую девочку? Себя, глупышку, - ответила она, пожала плечами и больше ничего не сказала.

Но что она видит в нем сейчас? Частички Сэм? Кусочки жизни Сэм, ее симпатии и антипатии, ее память?

У меня появилась идея. Я роюсь в нашей коллекции DVD-дисков, пока не нахожу то, что нужно. Пару лет назад мы перевели в формат DVD целую коробку видеокассет, старых домашних видеозаписей. Поскольку фотоальбом не произвел на нее никакого впечатления, я так и не удосужился показать эти записи Лили. Но что, если все дело во времени? Что, если она тогда просто не была готова? А вдруг она готова сейчас?

Это захватывающе. Определенно стоит попробовать.

Я включаю DVD-плеер и жду.

Когда она выходит, я снова потрясен. Но на этот раз я не смеюсь.

Ее свадебное платье лежало в коробке на верхней полке шкафа.

Она стоит передо мной в свадебном платье.

Все украшения исчезли, кроме обручального кольца, которое она носит постоянно, на протяжении всего этого времени, и, кажется, не придает этому значения, как будто оно часть ее самой. Но она выглядит странно застенчивой. Как будто платье обладает силой, как будто оно каким-то образом усмирило ее.

Платье до пола, кружевное, с тонкими бретельками и небольшим шлейфом. Оно должно облегать фигуру от груди до бедер, но этого не происходит в полной мере, потому что Лили не смогла застегнуть верхние пуговицы. Она протягивает мне фату.

- Для чего это, Патрик? - спрашивает она.

Я на мгновение теряю дар речи. Затем подхожу к ней и беру фату.

- Ее надо вставлять в волосы. Вот так.

Я вставляю гребень в ее волосы и сначала опускаю фату на ее лицо, отчего она улыбается и морщит нос, а затем откидываю ее назад, на спину и плечи. Я отступаю на шаг.

- Ты выглядишь... прекрасно.

- Правда? - oна в восторге.

- Да, это так. Разве ты сама этого не знаешь?

- Что знаю?

- Что ты красавица.

- Ты так думаешь?

- Я так думаю.

Она смотрит на меня. Выражение ее лица вдруг стало серьезным.

- Ты глупец, Патрик, - говорит она и поворачивается, чтобы вернуться в спальню.

- Подожди. Иди сюда. Присядь на минутку. Я хочу тебе кое-что показать.

Я беру пульт от DVD-плеера, а она садится рядом с Зои, свернувшейся калачиком на диване. Платье немного скользнуло вверх и я вижу, что она босиком.

Зои, похоже, рассматривает ее колени и платье как возможное место для сна, но, видимо, решает, что ей и так удобно.

- Тебе что-нибудь нужно? "Пепси" или что-нибудь еще?

- Нет.

- Я схожу за пивом. Подожди здесь, хорошо?

- Хорошо.

Я ухожу, а она ждет.

Я наложил на наши домашние видео музыку - старые роковые и кантри песни и даже мелодии из сериалов. Я точно знаю, что именно хочу ей показать, потому что она сидит рядом со мной на диване, сидит в своем чертовом свадебном платье, поэтому я включаю ускоренное воспроизведение нашей первой поездки в "Большое Яблоко" под Джина Келли, Фрэнка Синатру и Джулса Маншина, поющих писклявыми голосами "Нью-Йорк, Нью-Йорк замечательный город", на экране мелькают Эмпайр-стейт-билдинг и Крайслер-билдинг, а вот Сэм ест огромный бутерброд с бастурмой в еврейском магазине деликатесов "Карнеги-Дели" и смотрит на город с одной из обреченных башен-близнецов, а затем мы на фейерверке здесь, в Талсе - наше первое совместное четвертое июля, и Лили говорит:

- Подожди, останови.

Я нажимаю кнопку воспроизведения. Фейерверки теперь наводят на меня тоску. Но Лили это интересно. Звучит песня Битлз "Being for the Benefit of Mr. Kite!" - и это уже хоть что-то. Но я хочу добраться до сути. Я даю ей немного посмотреть, и снова включаю ускоренное воспроизведение.

Вот мы в Йеллоустонском национальном парке, "где ад пузырится"[10], Том Петти поет "Saving Grace" голосом бурундуков из мультяшного телесериала "Элвин и бурундуки", пока мы смотрим на гейзеры и водопады, бассейны с изумрудной и бирюзовой водой, невероятные закаты - и на пасущееся вдалеке стадо бизонов. На переднем плане - Сэм в обрезанных джинсах, улыбается и показывает на них.

Далее мы в Канзас-Сити, в парке развлечений "Миры веселья". Вот она напротив меня на чертовом колесе, вот на подпрыгивающей желтой лошади на той карусели, где я ухватился за кольцо, вот она истошно вопит на американских горках...