— Разве я похож на идиота? — взмолился Локоток, страстно стараясь внушить Левину то, что, как казалось Локотку, и так ясно. — Мертв он был. Плащ я взял, да. В этом повинен. Но взял уже у покойника.
— Ну да, мародерство, — продолжал его мытарить Левин.
— А вот почему не сообщил о покойнике — вопрос другой, — Локоток забежал на шаг вперед и теперь шел почти боком, все время заглядывая Левину в лицо. — Попробуй потом отбрешись, а дело, ясно, завели бы на меня. Слушок дошел бы в институт, на конный завод и — привет, мне бы ручкой помахали: «Гуляй, Локоток, отмывайся сам, нам такие не нужны, у нас репутация».
Они дошли до машины.
— Домой добирайтесь сами, у меня нет времени вас отвозить, отмахнулся Левин от Локотка. — И ждите, как я сказал. — Он сел в машину, за ним — участковый. — Одну минутку, Локоток! — вдруг крикнул Левин, высунувшись. — У Тюнена были деньги. Сколько вы взяли, Локоток? Вы ведь обшарили его карманы?
Локоток замер.
Левин в упор смотрел на него. Стасик уже завел двигатель.
Локоток назвал сумму.
— Поехали, Стасик! — Левин захлопнул дверцу. — Экое дерьмо!..
— Здравствуйте, Ксюша, — сказал Левин, входя в приемную прокурора района. — Как секретарская жизнь?
— О, Ефим Захарович, здравствуйте! Жизнь — вот: стучу, — указала секретарша на пишущую машинку и на кипу бумаг на столе. — Давно вы у нас не были.
— Давно, Ксюша, давно… У себя? — кивнул Левин на дверь, обитую темно-коричневым дерматином.
— У себя.
— Доложите?
— Ефим Захарович, что это вы? Когда это я докладывала про вас?!
— Я уж, Ксюша, не начальник. Я теперь на приемы записываюсь.
— Ладно вам, Ефим Захарович, — засмеялась она.
— Я сперва позвоню в одно место, — Левин сел, придвинул к себе телефонный аппарат, набрал номер аптеки, где работала жена. — Алло, пожалуйста, Раису Львовну… Рая, это я. Слушай, — он достал из кармана флакончик с капсулами. — Тебе такой препарат знаком? — и он прочитал. Посмотри по вашим талмудам. Я подожду у телефона… Очень нужно… — Сидел в ожидании какое-то время. — Да… Да… Понятно… Постараюсь вовремя. Он повесил трубку и открыл дверь в кабинет. — Здравствуй, Евгений Кириллович! Можно?
— Какой гость! — прокурор вышел из-за стола. — Всегда рад, Ефим Захарович!
— Ну, сейчас не обрадуешься, выгнать захочешь, — Левин сел в кресло.
— Как жизнь?
— Как всюду.
— Что-нибудь случилось?
— Труп, Женя. Труп.
— Где?
— В водонапорной башне в березовой роще. Помнишь, где это?
— Конечно.
— Теперь слушай, — и Левин стал подробно рассказывать о Тюнене, о заявлении его сына, о поисках, о Локотке.
— Убийство? — спросил прокурор, выслушав Левина.
— Следов крови нет нигде.
— Могли и удушить.
— Не будем гадать. Как говорят, вскрытие покажет. Хотя с этим будет непросто, труп полуразложившийся… У меня есть кое-какие соображения, но навязывать их не хочу, пусть следствие идет свои путем, экспертизы… А их придется делать много.
— Поможете, Ефим Захарович?
— Каким образом? Я ведь не у дел.
— Но у вас весь материал на руках. Избавите от лишней работы.
— Хорошо. Кто из следователей будет вести дело?
— Сейчас решим. Я его тогда к вам направлю.
— Ладно. Можешь посылать туда людей, — Левин встал. — Вот это, — он достал из кармана флакончик, — пусть приобщат к делу. Это лекарство. Я нашел его на месте, где, по словам Локотка, он обнаружил труп.
Прокурор повертел в руках флакончик.
— Импортное?
— Да… Ну, будь здоров…
«Нива» ереванца, стоявшая недалеко от станции техобслуживания и намозолившая там всем глаза, исчезла в четверть двенадцатого ночи. Обнаружил это дежурный администратор кемпинга, присматривавший за «Нивой» по просьбе Остапчука. Кемпинг находился рядом со станцией у шоссе в десяти километрах от города. В ночной тишине вдруг взревел мотор, потом его долго гоняли на холостых оборотах. Выйдя из помещения и прошагав метров пятнадцать к шоссе, администратор увидел, что «Нивы» нет на месте, а по пустынному шоссе в сторону города удалялись ее красные огни.
Через пятнадцать минут телефонный звонок сорвал Остапчука с постели. Звонил дежурный по городу:
— Максим Федорович, армянская машина исчезла.
— Что за машина? — со сна Остапчук не сразу понял, о чем речь. Он сидел в трусах и майке, поставив телефон на колени.
— «Нива» с ереванскими номерами.
— Как исчезла?! — дошло до Остапчука. — Она же без трамблера?
— Уехала в сторону города минут пятнадцать назад. С кемпинга позвонили.
— Ясно! — Остапчук дал отбой и стал звонить по нескольким номерам, затем быстро начал одеваться…
Через полчаса он был у себя в кабинете, где сидело несколько оперативников…
«Ниву» засекли с тыльной стороны станции Старорецк-товарная. Увидел ее сотрудник ВОХРа с вышки. Он и сообщил, что из машины вышли двое, проникли в пролом в заборе и начали что-то выносить и складывать возле машины.
