В ее комнате, маленькой и уютной, было много света и цветов. Аня давно выращивала бонсаи. На старинном деревянном столике с гнутыми ножками и затейливой резьбой стоял большой керамический поднос. Он был покрыт слоем•пестрого гравия, на котором в маленьких плошках красовались настоящие деревца из страны Лилипутии. Ване показалось, что и он сам уменьшается и вот уже может гулять в этом садике, может взобраться на каменистую горку рядом с деревцем, усыпанным блестящими листьями и красными цветами – колокольчиками. Ему казалось, что он может постучаться в дверь фарфорового домика, приютившегося под пышной кроной другого деревца, и даже поздороваться с японским мудрецом, одиноко сидящим на зеленой полянке из мха.
– Да у тебя тут целый мир, – восхищенно сказал Ваня. – Ты это все сама?
– Сама, – подтвердила Аня и покраснела от удовольствия. – Эти деревья в декоративных контейнерах называются «бонсаи».
– Да-да, – сказал Ваня, – я как-то видел такие на выставке… Но, по-моему, они ужасно дорогие.
– Только не для того, кто выращивает их сам, улыбнулась Аня. – Вот смотри, – и она показала на дерево с раздвоенным изогнутым стволом, шершавой корой и пышной кроной, – это старое дерево получилось из обычного комнатного растения. Правда, пришлось•его здорово обрезать, кое-где с помощью проволоки изменить направление роста ветвей… Но, по-моему, оно на меня не обижается…
– Наверное, на это нужно много времени, – сказал Ваня, прикасаясь к упругим листьям.
– На все хорошее нужно много времени. Но я ведь никуда не тороплюсь. – Она смущенно улыбнулась. – Если честно, то здесь, наедине со своими любимцами, я чувствую себя лучше всего.
Ваня прошел к книжным полкам и стал читать названия книг.
– А книги? Тоже твои?
– Да, родители начали собирать для меня библиотеку еще до моего рождения.
– И ты все это читала?
– Большую часть.
Ей хотелось сказать, что она читала все, но потом Аня подавила приступ хвастовства и решила не врать. Она вообще не понимала, зачем люди врут, ведь все равно правда всегда выплывает на поверхность, и тогда будет совсем нехорошо.
– Ну ты даешь!
В комнату вошла Света и озабоченно посмотрела на них.
– Танцы уже начались. Что это вы тут делаете?
– Уже идем, – весело сказал Ваня. – Аня мне показывала свою комнату.
Он повернулся к Ане и сказал:
– Первый танец – за мной. Света, ты не обидишься? Так положено – сначала танцевать с именинницей.
– Что-то я раньше не слышала о такой традиции, ехидно заметила Света. – Конечно, танцуйте.
Они пошли в большую комнату, где по всем углам были расставлены горящие свечи. Максим Елкин задернул шторы, нажал на пульт, и послышалась тихая, чарующая музыка. Ваня взял Аню за руку, они вышли на центр комнаты и стали двигаться в такт музыке. Ее руки лежали у него на плечах, у всех на виду она могла обнимать его, и в этом не было ничего зазорного.
«Это самый лучший подарок», – подумала Аня, глядя ему в глаза. Ей хотелось обнять его сильнее, чтобы он стал еще ближе, но она не решилась. Тем более что Света стояла в двух шагах и пристально следила за их танцем, Потом Света подошла к Максиму, который разговаривал с девочками, •м властно взяла его за руку.
– Елкин, пойдем.
– Куда? – растерялся Максим, поправил очки и часто заморгал.
– Танцевать пойдем. – Света была настроена решительно.
– Но я не умею, – слабо отбивался Максим.
– Иди, иди, – зашептали ему Юля и Марина. Нельзя отказывать, если девушка приглашает.
Максим нехотя поплелся за Светой. Он неуверенно обнял ее за талию и стал топтаться на месте. А Света почти повисла на нем, стала что-то жарко шептать ему на ухо и громко хохотать.
Ваня недоуменно посмотрел на них и продолжил свой тихий разговор с Аней. Время от времени Света поглядывала на него, как будто спрашивая: «Ну как? Приятно видеть, как я танцую с другим?» – но Ваня не замечал этих взглядов,
Когда танец наконец закончился; он подошел к ней и сказал:
– Что-то не так?
– Нет-нет, – поспешно сказала она. – Можно тебя на пару слов?
Они вышли в коридор, и Света заговорщицки зашептала:
– Уйдем отсюда, а?
– Как это? – не понял Ваня.
– А так - просто оденемся и уйдем. Ну, пожалуйста! Разве часто я тебя о чем-нибудь прошу?
Ваня недоуменно смотрел на нее.
– Как-то неудобно, да и зачем? Такой хороший вечер.
– А я думала, тебе будет приятнее побыть со мной наедине. – Света провела ладонью по его шее. К тому же здесь становится скучно.
Ване совсем не было скучно, но он не любил спорить. Особенно если Света настаивала.
– Ну, хорошо, – неуверенно проговорил он, если ты так хочешь… Но только надо попрощаться.
– Ни в коем случае, – запротестовала Света. Начнут уговаривать, вопросы лишние задавать… Не люблю я этого. Лучше уйдем по-английски, не прощаясь.
Она взяла Ваню за руку и повела к дверям. Стараясь не шуметь, они оделись и тихонько выскользнули из квартиры.
– Как воры, – с досадой сказал Ваня, когда они спускались по лестнице. – Ума не приложу, как ты смогла меня на это уговорить…
Он был недоволен собой. Ему казалось, что он участвует в чем-то предосудительном.
