— Это я понимаю. Но единственный другой вариант не понравился бы ему еще больше, поскольку тогда нам пришлось бы склонять его имя и имя его жены по телевизору. Так что думаю, ему захочется получить шанс сделать какой-то комментарий.
— Я помню этот ход, — заметил Алекс. Когда он работал в шоу, они часто использовали этот прием — заставляли людей сотрудничать, помогая им представить, что произойдет, если они не согласятся. — Совсем как в прежние времена.
— И даже лучше. Остается надеяться, что ты еще не знаешь все мои ходы.
— Не беспокойся — ты никогда не перестанешь меня удивлять. Я позвоню в офис Лонгфеллоу и посмотрю, что мне удастся сделать.
Отключившись, Лори позвонила Кэролайн Рэдклифф. Еще даже не наступило время обеда, значит, Кендра сейчас на работе, а дети в школе. Вот и хорошо, Лори как раз хотелось поговорить с Кэролайн наедине.
Няня взяла трубку после двух гудков. В ее голосе послышалась настороженность, когда Лори объяснила, что хочет поговорить с ней о том вечере, когда произошло убийство.
— Все, что я знаю, уже напечатано в газетах, — сказала она.
— Наверняка Кендра рассказала вам о том, что представляет собой наше шоу. Она согласилась принять участие в его съемках. Вас ее согласие, конечно, не связывает, но ей известно, что мы ожидаем сотрудничества также и от вас.
Лори ожидала, что Кэролайн скажет, что сначала ей надо поговорить с Кендрой, но вместо этого няня спросила, может ли Лори приехать в их дом.
— Мне еще надо купить продукты и привезти детей из школы в три часа.
— Я приеду через полчаса, — ответила Лори.
Когда Кэролайн Рэдклифф открыла дверь на звонок Лори, на ней были надеты темные джинсы и свободная желтая блуза. Ее волосы все еще были завиты старомодными тугими локонами, но сегодня она все-таки имела более современный вид, чем в том домашнем платье, в которое она была облачена во время предыдущего визита Лори.
— Если честно, — сказала она, когда они с Лори уселись за стол в кухне с двумя банками холодного чая, — Кендра уже сообщила мне, что вы, наверное, попросите меня о беседе. Важно, чтобы вы знали — она велела мне быть с вами совершенно откровенной. У меня сложилось впечатление, что участвовать в шоу ее вынудили вы и родители Мартина, но теперь, когда она согласилась, думаю, она надеется, что из этого выйдет толк. Я не могу себе представить, каково это — вот так потерять отца твоих детей и не иметь ответов на их вопросы.
Она внимательно выслушала рассказ Кэролайн о событиях того вечера. О том, как послышались звуки открываемых ворот гаража, за которыми последовали три громких хлопка. О том, как она выбежала из дома и обнаружила, что Мартин смертельно ранен. О том, как она позвонила на 911, а затем долго пыталась разбудить Кендру от, как вежливо выразилась Кэролайн, «дневного сна».
— А где в это время были дети?
— Я сказала им, что это фейерверк, и велела им подняться в их комнаты. Но как только Кендра проснулась и наконец начала понимать, что происходит, я отвела их в квартиру наших соседей в ближайшем квартале на импровизированную пижамную вечеринку. Они были в восторге. Я решила, что они заслуживают еще одного нормального вечера до того, как их жизнь будет перевернута вверх дном.
— Именно вы приняли это решение? — спросила Лори. — А не их мать?
Губы Кэролайн сжались в прямую линию, и она уставилась в стол.
— Как я уже говорила полиции, она тогда была как в тумане.
— А она часто бывала в таком состоянии?
— Она тогда переживала очень тяжелый период. Думаю, она сказала вам, что это была послеродовая депрессия.
— Я помню, что мне сказала Кендра. И хочу узнать, что наблюдали лично вы.
Кэролайн пожала плечами.
— Когда доктор Белл нанимал меня, он сказал, что его жена «нездорова» с тех самых пор, как родились их дети, особенно после рождения Минди. Я считала, что у нее депрессия. Я и прежде наблюдала такое у матерей с маленькими детьми.
Лори заметила, что Кэролайн хотела сказать что-то еще, но затем остановила себя.
— Но случай Кендры отличался от того, что вы видели прежде? — подсказала она.
Кэролайн медленно кивнула.
— Она была почти… как зомби. Иногда она была как во сне. Конечно, возможно, что это был просто-напросто очень тяжелый случай послеродовой депрессии, но…
Ей не было нужды заканчивать фразу — Лори ясно видела, что у Кэролайн есть сомнения.
— Родители Мартина считают, что вы утаиваете какую-то информацию, которая могла бы помочь им добиться опеки над детьми. Они сказали, что вы очень привязаны к Бобби и Минди.
— Конечно, я к ним привязана. Я люблю их почти так же, как если бы родила их сама.
Лори увидела отчаяние в глазах Кэролайн и поняла, что подозрения Беллов были верны. Няня что-то скрывала.
— Это останется между нами, Кэролайн. Скажите мне, вы на все сто процентов уверены в том, что Кендра невиновна?
От лица няни отлила вся кровь, она замотала головой, и на глазах у нее выступили слезы.
— У вас есть сомнения, — сказала Лори, произнеся вслух то, что не решалась произнести Кэролайн.
Няня какое-то время колебалась, затем кивнула, вытерев слезы рукавом.
