– Отец, тебя спрашивает внизу какая-то Кая, хочет переговорить с тобой – «лично».
Сатору впервые за 2 часа оторвался от бумаг. Скоро Зимний Кубок, хотя команда готова, и уже несколько лет громит любых соперников, надо изучить динамику игроков, определить, кто и как вырос за последние месяцы, у кого и какие перспективы.
– Кто?
– Сам не знаю. Впервые вижу и слышу. Студентка, может.
На балконе показались три фигуры. Вглядываясь вниз, они увидели девушку, которая мялась на месте, ожидая ответа. Оглянувшись на балкон, придерживая кепку, Кая увидела, как на безоблачном небе ее разглядывают три темных силуэта.
– Студентка, говоришь? Вы что ли натворили что-то? Снова пристаете? Я же всех предупреждал! – очень серьезно настроился Сато.
– Первый раз видим! Это не к нам.
– Пусть поднимается, посмотрим, что она хочет сказать. «Лично».
***
– Кая, поднимайся, 6 этаж, квартира 18, – снова ответил сын в домофон.
– Да.
Внезапно дверь открылась. Ошеломленная Кая, замерла в безмолвии, а на пороге ее встречал красивый молодой парень.
– Кая? Проходи, – кивнул он в сторону коридора.
– Ммм.. проходи, – удивился Иссэй, когда гостья не торопилась входить.
Сняв обувь в темном коридоре, Кая прошла в освещенную гостиную.
Кая снова застыла в нерешительности, очарованная видом.
– Здравствуй, Кая-чан? Будешь чай? – приветливо обратился к ней Сато.
– Здравствуйте, Кавашима-сан. Мне нужно с вами поговорить один на один, – протолкнув ком в горле, она выдала речь.
– Ха? Один на один? – спортивная терминология – это интересно подумал Сато, – Хорошо! Иссэй, принеси нам чай в кабинет, у нас будет деловая встреча.
По-доброму подмигнув, Сато пригласил ее пройти в кабинет.
Кабинет был просторным, с темным полом, но светлыми стенами. Кругом стояли книги, диски, видеокассеты. Работал компьютер и на большой плазменный экран выводил изображение с баскетбольного матча. Баскетболист под номером 7 застыл в красивом данке, еще секунда – и мяч опустится в кольцо. Оказавшись в кресле, Кая готовилась начать, а Сато с интересом рассматривал гостью.
Молодая девчонка, наверное, студентка. Тонкие черты лица, возможно, не чистой крови. Разные глаза? Линзы? Или гетерохрония? Родинка под левым глазом практически скрыта диким макияжем. Брови выбриты местами. Красивую улыбку портят 2 крючка по краям губ, а в ямочках на щеках, при улыбке, утопают яркие гвоздики. Волосы, разного цвета и вида, собраны в дикий хвост, а выбритые бока открывают исколотые пирсингом уши. Зачем все это? Почему молодежь это любит? На руках кольца и различные рисунки, неужели настоящие татуировки? Как глупо! А что там, на шее, сразу и не заметно было! Прямо на шее 4 прокола на коже и шнуровка!
– Вот. Это фотография моей мамы.
Кая передала Сато фотографию, на ней был он с молодой красивой девушкой. Это была одна из тех его знакомых, с кем у него давно были отношения. Одна из тех женщин, из-за которых его брак рухнул.
– Это вы рядом? – обратилась она к нему.
Время остановилось для Сато. Все кругом начало растворяться. Стены потекли вязкой массой, черный зыбучий песок потянул в темноту. Стало трудно дышать и невозможно двигаться.
«
– Возможно, вы – мой отец, – почти шепотом выдавила из себя Кая.
Сато растерянным взглядом пытался найти ответ в глазах гостьи, впиваясь сверлящим взглядом. Но стук в дверь, как разряд, сбросил напряжение.
– Выйди, – грубо и рассержено сказал Сато сыну, – Выйди, я сказал.
– Сколько тебе лет? – обратился он к ней.
– Скоро будет 19.
Прошла минута, две, три, пять минут.
– Мне нужно знать. Я хочу сделать тест. Я уезжаю, но я хочу знать. Мне больше ничего не нужно. Пожалуйста, – обратилась она к ошеломленному Сато.
