Кира забрала их и поблагодарила его. Парень лишь улыбнулся в ответ, забрал сумку для доставки и вышел.
Девушка поставила все контейнеры на стол и начала открывать один за другим. Юрий Леонидович боялся, что у нее нет аппетита, поэтому заказал легкие блюда, но их было много, шесть или семь штук. Стас специально спросил ее:
— Кто это заказал?
Кира не хотела ничего объяснять. Если бы она сказала, что это Юрий Леонидович, то Стас точно бы слишком много думал и задавал дурные вопросы
Стас смотрел на нее, не понимая, почему она молчит. Он начал нервничать:
— Кира.
— Что?
— Иди ко мне.
Кира оставила контейнеры и подошла. Она тихо спросила его:
— Что такое? Тебе плохо?
Стас отрицательно покачал головой.
— Я боюсь потерять тебя.
— Главное, чтоб ты жил, и ты не потеряешь меня.
Стас все еще не мог успокоиться. Он крепко обнял Киру.
— Поешь. Мне нужно еще позвонить бабушке. Иначе она будет переживать за тебя. — Кира попробовала встать, но не осмелилась делать это слишком резко, чтобы не задеть рану Стаса.
— Можешь позвонить попозже, поесть тоже можно позже. Сейчас я хочу лишь обнимать тебя.
Когда произошла авария, было слишком опасно. Он тогда испугался, что умрет, в голове у него всплыло лицо Киры. Он испугался, что больше не увидит ее.
Кира тихо лежала в его объятиях. Стас обхватил ее за руку и сказал:
— Пообещай, что никогда не оставишь меня.
— Обещаю. — она спокойно сказала. — Уже долго не ел. Тебе нужно поесть.
Стас подумал о том, что Кира еще не ела и отпустил ее.
Кира встала и принесла еду.
— Я не буду есть. — Отказался Стас.
— Это потому что ты только что очнулся?
— Наверное, горло пересохло.
Кира поставила контейнер, налила стакан воды и поднесла Стасу. Он взял его, поднес к губам и начал пить. У него, и правда, все во рту пересохло, лишь после того, как он выпил весь стакан, ему стало легче. Стас понял голову и посмотрел на нее:
— Ты не завтракала, поешь.
Кира села за стол, но у нее совсем не было аппетита. Она держала вилку, но ей не хотелось брать еду. Она лишь набрала немного риса из контейнера, но не поднесла его ко рту, подумала и сказала:
— Я поговорила с бабушкой, я согласилась.
Стас слышал это, когда притворялся, что был без сознания. Но сейчас, когда она обращалась к нему, он почувствовал какую-то печаль. Раньше она не могла принять этого. Стас не был женщиной, но понимал, почему Кира была так настроена. Сейчас она согласилась лишь ради него. Стас хотела встать с кровати, но Кира подошла и подхватила его:
— Ты еще ранен, тебе нельзя вставать.
— Все нормально.
Он не мог поблагодарить Киру. Этим ему было не ничуть не утешить Киру, ничуть не восполнить своей вины. Все что он мог, лишь обнять ее и сказать, что она может на него положиться.
Кира остыла и позвонила бабушке, сказала, что Стас очнулся. Бабушка тут же захотела приехать. С помощью санитарки она прибыла в больницу. Она рассказала, что ей уже можно выписываться, но так как Итон был занят, он не успел оформить нужные документы для выписки. Кира сказала, что сама все сделает.
Бабушка взяла ее за руку:
— Спасибо тебе.
Когда Стас увидел, что они ладят, ему стало намного легче на душе. Ему больше не нужно было разрываться на две стороны.
— Мы — одна семья. — Говоря это, Стас посмотрел на Киру. — Она стольким пожертвовала ради меня, бабушка, будь к ней добрее.
Бабушка удивленно посмотрела на внука, ее глаза покраснели. Она свирепо уставилась на Стаса:
— Ты считаешь меня настолько жестокой?
Раньше она очень любила Киру. Сейчас все осталось также. Только она испытывала больше чувства вины. Ведь она не просто так давила на них. Она хотела, чтобы у Стаса была его плоть и кровь. А Стас хотел обвинить ее?
Кира тут же начала объясняться вместо Стаса:
— Он не это имел в виду.
Бабушка вытерла слезы.
— Не важно, что он имел в виду. За мной закрепилась репутация плохо человека, потому что я, несмотря на твои проблемы со здоровьем, настаивала на ребенке. Это моя ошибка. Но… — она величественно посмотрела на Киру. — Я не сожалею об этом. Может, ты и ненавидишь меня в глубине души. Я должна была так поступить, я не могла…
— Я понимаю. Бабушка, не нужно объяснять. Я знаю вашу точку зрения и понимаю ее. Поэтому я решила уступить. — Кира опустила глаза.
Когда она смотрела на Стаса без сознания, она подумала о том, насколько ничтожными были из споры. Если бы Стаса не стало, в этих спорах не было бы никакого смысла. Осталось бы лишь сожаление. Кира испугалась, что будет жалеть. Поэтому, пока Стас был без сознания, она решила уступить. Она хорошо все обдумала. Можно было найти кого-нибудь. По крайней мере, как и говорила старушка. У Стаса остался бы наследник. Ребенок звал бы ее мамой, может, так бы он восполнил ее досаду о том, что она никогда не сможет ей стать.
— Ты всегда была хорошим ребенком. — Глаза у бабушки покраснели.
Кира в душе считала себя плохой. Раньше она вела себя так эгоистично и заботилась только о себе.
