— Войдите, посмотрите и узнаете, — Савелий словно не видел замешательства в ее глазах, выходя из машины, ни на что не обращая внимания.
Алена не шелохнулась: для чего отправиться в следственный изолятор?
— Агатов, не хитри, какие у тебя намерения?
— Посмел бы я так с Вами обойтись? Вы ведь главный человек в сердце Дмитрия Ильича, буду ли я с Вами нетерпелив? Буду ли доставлять Вам хлопот? — Савелий приблизился к ней и холодно усмехнулся. Как же она изо всех сил пытается сохранить спокойствие на фоне явной тревоги. — Разве Вам не хочется увидеться с Дмитрием Ильичем? Он внутри. Почему не войдите? Боитесь?
— Чего боюсь! Я ничего плохого не делала. — неуверенно возразила Алена.
— Раз нет, тогда прошу, — Савелий изобразил «уважение» на лице, делая приглашающий жест рукой.
Несколько секунд Алена смотрела на него, после чего заявила, задрав голову:
— Лучше бы тебе меня не обманывать, иначе поплатишься! — выплеснув ярость, она направилась внутрь. — Туда?
Савелий подошел, указывая дальнейшую дорогу.
Алена оглядывалась по сторонам. Она здесь уже бывала: Лилия просила прийти проведать ее.
Тогда она сбегала с деньгами, и это, на самом деле, идея Лилии. Она ей сказала:
— Алена, доченька моя. Твой отец — бесчувственный человек. Сначала он бросил первую жену, а теперь бросит и меня с тобой. Сейчас я в тюрьме, а если ты продолжишь торчать дома, то, боюсь, тебя ожидает тот же финал, что и Светлану — тебя спровадят оттуда. Я скажу код от отцовского сейфа, забирай оттуда деньги и уходи.
Лилия и Макар жили вместе, душа в душу. С того момента, как он выгнал Свету и Викторию Александровну, она знала, что этот мужчина беспощаден. Высшую ценность для него представляла польза. На Виктории Александровне он женился из-за ее приданого, а потом, обокрав до нитки и потеряв от нее пользу, выбросил, не мучаясь совестью.
Раньше Лилия была молодой, могла помогать ему общаться с людьми, заманивать клиентов, но с годами она потеряла привлекательность, а Алена не приносила большого дохода. Однако Светлана вновь вышла замуж за Гусева, и Макар, вероятно, захочет надуть свою бывшую дочь, и Алена станет ему невыгодна. Поэтому Лилия придумала путь отступления для дочери.
Алена вдруг крепко сжала руки в кулаки, вспоминав о Лилии, ей стало грустно. В конце концов, она ее мать, искренне ее любила и заботилась о ней.
Думая об этом, она еще сильнее решилась остаться с Дмитрием. Мама сделала все, чтобы дочь получила это. Она не должна оправдать маминого ожидания. Ни в коем случае нельзя провалиться!
К тому моменту она вместе с Савелием уже дошла до допросной. Эта комната намного больше той, что была в прошлый раз, посредине ее на две части разделяло армированное стекло — одна половина для допроса, вторая та, где могут сидеть люди.
Савелий подошел к двери и открыл ее.
Алена не торопилась заходить, поначалу оценивая взглядом все, что внутри, уверяясь в присутствии там Дмитрия. Зашла она только после этих процедур.
Стас отодвинул ей стул, делая вид, что находится в полном неведении о том, что она не Света.
— Света, ты пришла? — почтительно любезничал он, глазами оценивая ее с головы до пят.
Итон сказал ему, что она ненастоящая. Сейчас же он, увидев девушку, переживал: пластическая операция классифицировалась как передовая, однако вряд ли они похожи, как две капли воды, но, черт возьми, эта женщина очень напоминает Свету. Предположительно, все так, как нужно — даже фигура как у нее, миниатюрная, а лицо — не найти ни одного изъяна.
— На что уставился? — нахмурилась Алена. — Считаешь, что я красива?
— Да, конечно, ты самый в мире красивая. — развязно заявил Стас, хитро улыбаясь.
Алена растерялась: отчего-то у нее было такое чувство, словно в его словах скрывается что-то.
— Дима. Зачем звал меня сюда? — она настигла Дмитрия. — Тут такое мрачное место.
— На хороший спектакль тебя позвали, — сказал Стас, не дожидаясь, когда Дмитрий заговорит, после чего поставил рядом с ней стул и сел.
— Что еще за хороший спектакль? — повернула в его сторону голову Алена.
— Подожди и узнаешь, — продолжал морочить ей голову Стас.
Все это время Дмитрий молчал. Блики света, падавшие на него, скрывали его лицо, делая размытым и нечетким, словно в тумане.
Вскоре дверь в комнату вновь отворилась и внутрь зашел Итон, позади которого следовали двое высоких мужчин, облаченных в черное. Они удерживали человека, на голову которого надели черную маску.
Алена посмотрела на заведенную внутрь женщину. Почему ее телосложение так похоже на Анну? В миг она напряглась.
Вскоре ее догадки подтвердились. Итон стянул маску с Анны, обнажая ее лицо. Одежду она сменила, и на теле не было видно ран, однако лицо все равно выглядело очень плохо.
— Узнаешь ее? — приблизился Стас.
— Узнаю, — Алена сначала покачала головой, а потом закивала. — Она меня похитила.
— Наверное, ты еще не знаешь, что больше всего ненавидит Дима.
— Что он ненавидит? — в неведении спросила Алена дрожащим голосом.
Стас гнусно улыбнулся.
— Он ненавидит, когда его обманывают.
