— А магазин здесь есть?
— Есть, — Дмитрий легонько ущипнул дочь за нос.
Она рассмеялась. Дмитрий хотел помочь ей расчесать спутавшиеся волосы, но стоило ему начать, как послышалось Машино: «Больно». Раньше мужчина никогда таким не занимался. Он одернул руку и положил расческу.
— Прости. Папа раньше никого не причесывал.
Маша посмотрела в зеркало: на голове все еще был беспорядок. Но ей очень не хотелось, чтобы папа снова брался за расческу.
— Теперь я стала уродиной?
Дмитрий замешкался.
— Конечно нет! Моя дочка самая красивая на свете! — он прижал девочку к себе. — Обойдемся без расчески.
Маша забралась отцу на плечи и заявила:
— Хочу есть.
Взглянув на дочь, Дмитрий вспомнил, как Паша называл ее легкомысленной обжорой. Пожалуй, так оно и есть. Но мужчине это нравилось. Он повидал слишком много притворных улыбок и взаимных козней. Появление такого живого, искреннего ребенка скрасило его серую бесстрастную жизнь.
— Папа, там-там! — пальчик Маши указывал на магазинчик неподалеку.
— Вижу, — терпеливо ответил Дмитрий.
Он был не в силах противиться ее воле, и ему это нравилось. На входе в магазин Маша потребовала ее отпустить, чтобы она сама могла выбрать понравившееся.
Цены в магазине были малоприятные, и людей было немного, так что Дмитрий отпустил дочь, и она принялась скакать вокруг.
— Тише, — слегка нахмурившись, мужчина быстрыми шажками следовал за дочерью.
— Хочу это, — девочка достала с полки плитку шоколада и прижала к груди. — И чипсы! А еще это и вот это… — у одной из высоких полок она крикнула: — Папа, не достаю!
На полке лежало одно из желанных лакомств, но Маше не хватало роста до него добраться. Дмитрий, стоявший рядом, с легкостью дотянулся до закуски.
— Я понесу.
— Не надо, — девочка покачала головой. Похоже, нести самой ей казалось надежнее.
— Это мы не возьмем. Слишком дорого, — сказала мать сыну. Они стояли напротив.
Взгляд мальчика был прикован к пачке сока — очень уж хотелось — но настаивать он не стал. Мать протянула ему минеральную воду.
— Лучше возьми это, — сказала она и пошла на кассу.
Мария посмотрела на свои вещи, а потом перевела взгляд на маму с мальчиком.
— Папа, а я не много набрала? Не слишком ли дорого получается? — обратилась она к Дмитрию.
Мужчина опустился на колени и погладил девочку по голове.
— Нет, — нежно произнес он. — Папа хорошо зарабатывает, ты можешь получить все, что захочет.
— Я люблю тебя, — Маша приблизилась к отцу и поцеловала его в щеку. — А можно еще сок?
Дмитрий коснулся лица, еще не до конца придя в себя после поцелуя. На щеке осталась слюна, но вытирать ее не хотелось. Это ощущалось наивысшим проявлением любви. Черты лица мужчины разгладились, он поднялся и достал сок.
Схватив его, девочка подбежала к кассе и протянула мальчику:
— Дарю.
— Мы не покупали его, — мать мальчика смутилась.
— Мой папа оплатит, — Мария настойчиво протягивала мальчику сок, смотря на него своими большими блестящими глазами.
Ребенок был худым и носил незамысловатую черную толстовку в полоску, не новую, но чистую. Он смотрел на Машу, но сок не принимал. Пусть девочка и выглядела неопрятно, но определенно была из богатой семьи. По ее простодушному взгляду можно было понять, что о ней хорошо заботятся. Только у того, кто не познал тягот жизни и людскую жестокость, мог быть такой ясный взгляд.
— Спасибо, но не надо, — вежливо произнес мальчик.
— Разве ты не хотел? — Мария не сводила с него глаз.
— Хотел, но я могу сам о себе позаботиться, — он потянул маму за руку. — Пойдем.
Мама оплатила воду, и они ушли.
Мария застыла в замешательстве, провожая глазами спину мальчика. Она была неправа? Она ошиблась? Из-за отказа к ней голову закрались сомнения. Вопрос снова и снова всплывал в сознании.
Дмитрий обнял дочь:
— Грустно? — спросил он, успокаивающе гладя ее по голове.
Девочка кивнула.
— Он ведь так его хотел. Так почему отказался от меня?
Прищурившись, сквозь стекло Дмитрий рассмотрел стоящих перед автобусом мать с сыном. Мальчик стоял гордо, у него определенно был стойкий характер. Из него может выйти что-то путное в будущем.
— Не на все добро в этом мире отвечают добром. И далеко не каждый способен принять чужую доброту.
Он знал, что у дочери доброе сердце. Она сочувствовала тому, кто не получил желаемого. Но в глазах мальчика это, возможно, походило на жалость. И он не смог этого принять.
Дмитрий легонько погладил девочку по макушке.
— Мама хорошо тебя воспитала.
Дмитрий в одной руке нес пакет, а в другой — дочь. Когда они вышли из магазина, как раз приехал автобус, в который садились мать с сыном, столкнувшиеся с ними в магазине. Мальчик, заходя в автобус, оглянулся на Машу, которую несли на руках, и подумал про себя, какая она наивная, но милая.
— Иди же, — подгоняла его мать.
Мальчонке только и оставалось, что зайти в автобус.
— А где Паша? — девочка оглядывалась по сторонам: повсюду были лишь прохожие и машины. Она так не заметила два черных глаза, смотревших на нее из окна автобуса.
Вскоре автобус уехал, лишив мальчика возможности смотреть на нее.
