— Это очень важно для меня, я хочу, чтобы моя спутница поразила всех своей красотой.
Светлане очень хотелось сказать ему, что для этой цели ему стоило подыскать какую-нибудь звезду. Однако несмотря на то, что ей не хотелось, она уже согласилась, к тому же, он познакомит ее с мастером, изготавливающим кустарный шелк Шармез.
Она встала с постели, подошла к гримерному столику и уселась перед ним для того, чтобы стилист начала свою работу.
— Я не люблю слишком броский макияж, — окончательно сдалась Светлана, но все же боялась, что стилист сделает из нее «ведьму».
Стилист совершенно не возмутилась замечанию Светланы, а улыбнувшись, сказала:
— Не волнуйтесь, тяжелый макияж идет не каждой, и конечно же, его нельзя назвать некрасивым, тут все индивидуально.
Стилист была очень приятной в общении, отчего Свете стало намного спокойнее.
— У меня достаточно большой опыт и многие из созданных мною образов были впечатляющими, но не было ни одного человека, после встречи, с которым в моей голове возникло бы столько идей, — взглянула она на Светлану, — вы — первая из таких.
Светлана совершенно не обрадовалась такой похвале, а наоборот, загрустила. Она соскучилась по сыну и дочери. С момента их рождения она не расставалась с ними на такой долгий срок.
— Я вижу, вы недовольны, из-за того, что Трифон Олегович не может ходить?
Светлана подняла на нее взгляд.
— Хоть Трифон Олегович в инвалидном кресле, но он обладает выдающимися способностями и внешностью, получить его расположение — это мечта многих девушек…
— Да, именно, — вставила пару слов Вари, перебив стилиста, — наш хозяин превосходен, многие девушки хотят выйти за него замуж.
Светлана со стилистом взглянули на Варю, при этом, стилист, кажется, догадывалась о ее мыслях.
Варя обличила себя и испугавшись, что наговорила лишнего, тут же попыталась оправдаться:
— В прошлый раз дочь мэра нашего города вцепилась в Трифона Олеговича, но он отказал ей, а сейчас он так добр к вам, а вы, кажется, не очень этому рады.
Светлане уже не хотелось что-либо объяснять Вари, она неплохой человек, просто очень прямая, и ее бесполезно в чем-то убеждать. Варя считала, что ее хозяин самый хороший человек. И предположительно, она была убеждена, что есть те, кто недостоин ее хозяина, но нет таких, кого бы был недостоин он.
Стилист молча улыбнулась. Эта маленькая девчонка совершенно не умеет скрывать свои чувства, если она столкнется с интригами, то она будет давно уволена. Она слишком негибкая.
Делая Светлане прическу, стилист внимательно разглядывала в зеркале ее черты лица, она была не из тех, кто поражает своей красотой при одном взгляде на нее, а из тех, на кого чем больше ты смотришь, тем красивее она кажется, у нее было очень интересное лицо.
С одной стороны, стилист плойкой завила Светлане крупные локоны, затем достав две пряди возле ушей заплела их в особой технике и собрала их на затылке, волосы сбоку небрежно спадали на глаза. Так как кожа у Светланы была очень белой и идеальной, ей практически не нужна была пудра, чтобы выровнять тон лица, однако для завершения образа стилист все же припудрила ее совсем немного. Без макияжа она выглядела слишком невинно, что не соответствовало ее черному платью.
Стилист нанесла ей на веки блестящие тени коричневого и бурого цветов, чтобы придать объема верхнему веку, а уголки глаз подкрасила подводкой, выведя линии чуть вверх, что придало ее чистому взгляду некой кокетливости.
На губы стилист нанесла ей помаду цвета бобов, не слишком яркий и блестящий, и одновременно подчеркивающий ее образ.
— У вас очень красивая форма губ, — невольно сделала ей комплимент стилист, крася ее губы.
Последним этапом было платье и туфли.
Серебристые туфли на высоком каблуке, инкрустированные множеством страз, ярко сверкали.
Варя восхищенно охнула:
— Похожи на хрустальные туфельки, а наш Трифон Олегович, как принц.
Стилист хотела сказать, что ее принц на инвалидном кресле, но сглотнула эти слова. Если сказать что-то неприятное о Трифоне Олеговиче, то эта девочка, должно быть, рассердится.
Светлана взглянула на Варю и легонько вздохнула: если она хочет добиться его, то ей нужно измениться, но она ощущает себя неполноценно, и не хочет меняться, обрекая себя этим самым на то, что Трифон Олегович не взглянет в ее сторону.
Взяв одежду, Светлана пошла в ванную.
Ее платье было очень простым, без каких-либо украшений, сверху в области живота были две ленты, лента справа уходила вверх и обвивая талию, завязывалась со второй лентой слева, тоже самое нужно было проделать с лентой слева, они были длинные и доходил до колен, а подол платья закрывал лодыжки.
Из-за пересечения двух лент, разумеется, спереди образовался глубокий V-образный вырез, обнажив ее красивое, округлое декольте, способное увлечь мужчин в их неиссякаемые фантазии.
