— Ты проверяешь меня? — недоумевал он.
— Да, — Светлана кивнула головой. — Ты ведь намного старше меня и столько всего испытал в жизни. Откуда мне знать, что твои чувства ко мне искренние…
Она все говорила и говорила, и прежде чем она успела договорить, Дмитрий остановил ее, прижав пальцы к ее губам. Под давлением ее розовые губы даже изменили свою форму…
Светлана почувствовала боль, но не издала ни звука, давая ему возможность выплеснуть свои эмоции. В конце концов, это она скрывала правду от него.
— В моем сердце только ты… — его взгляд был глубоким, а голос низким и обжигающе горячим. Она была единственной женщиной, к которой он испытывал духовное и физическое влечение.
Светлана не могла понять, от чего ей стало так жарко, то ли от его слишком обжигающего дыхания, то ли это его слова застали ее врасплох.
— А как же Анна? — Света сделала невозмутимый вид и специально напомнила ему о прошлом. Если она не найдет за что зацепиться, боюсь он так и будет приставать к ней с расспросами о том, что она скрывает от него.
Однако на этот раз Дмитрий не поддался ее обману, он ущипнул ее за подбородок и заключил в свои объятия.
— В прошлой жизни я, должно быть, был ужасным злодеем, и поэтому в этой жизни ко мне отправили тебя в наказание.
Он прекрасно понимал, что жена нарочно переменила разговор, но не мог раскусить ее. Ну и ладно. Он узнает все сам, когда вернется домой. Все же ему очень хотелось узнать, что она скрывает, что заставило ее изменить свое отношение к мужу и потратить все свои силы на противостояние ему.
Светлана схватилась за его воротник и почувствовала, как огромная волна прокатилась по ее сердцу. Она быстро пришла в себя, осознав некоторые вещи, и с ясной головой приняла решение:
— Я никогда не была влюблена, и я не знаю, как нужно любить кого-то. Если я делала что-то не так, прошу простить меня.
Дмитрий был ошеломлен, он медленно опустил глаза и произнес:
— Ты признаешься мне в любви?
Светлана все еще была не уверенна в своих чувствах, но все-таки решила попытаться:
— Прими это как есть.
Он рассмеялся, его взгляд остановился на ее покрасневших щеках. Только что она была такой дерзкой, а теперь все ее лицо покраснело от смущения.
Светлана избегала его взгляда. Тогда он приподнял ее распущенные волосы, и долго разглядывая ее, думал о том, какая она красивая.
Дмитрий прижался губами к ее щеке и внезапно произнес:
— Я сожалею об этом.
Светлана широко раскрыла глаза и долгое время никак не реагировала. Что он имел в виду, произнося это?
Дмитрий приподнял брови и усмехнулся, и его голос стал низким и глубоким.
— Уже забыла? Ничего, еще наверстаем, — снисходительно произнес он.
Светлана чувствовала, что он говорит с намеком на что-то, как вдруг ее глаза расширились еще больше. Он имеет в виду прошлую ночь? Ах! Лицо девушки вспыхнуло и стало еще более красным.
Обнимая ее, Дмитрий лег на другую не очень широкую кровать. Он был слишком высок, и его ноги свисали наружу. Согнувшись, он лег на бок и обнял Свету, которая также лежала на боку в полусогнутом состоянии. Только так они смогли уместиться на одной кровати.
Маленькие ручки Паши крепко схватились за подушку. Он не вставал с кровати, пытаясь убедить себя в том, что это вполне нормально и совсем не противозаконно для папы и мамы обниматься и лежать вместе. Он испытывал противоречивые чувства. Он не хотел, чтобы Светлана так легко простила Дмитрия, но он также боялся того, что они действительно расстанутся. Он молча обдумывал это про себя и пришел к выводу, что он сплошное противоречие.
Около полудня они вернулись в Белгород. Прожив это время в деревне, они были лишены удобств и отдыха и, вернувшись в отель, все крайне утомились.
— Поднимайтесь наверх, примите ванну, отдохните, а затем спускайтесь ужинать. Я тут все устрою, — произнес Итон.
— Я несколько дней не переодевался, пойду в комнату, — сказал Стас. — Пошли вместе, — обратился он к Кире, стоявшей рядом.
Кира поспешно отступила на шаг назад и увеличила расстояние между ними.
— Не забывай, мы ведь в отношениях… — Стас шепотом сказал.
— Мы расстались, — вдруг громко произнесла Кира.
Она боялась Стаса, боялась, что слишком долго была с ним, и теперь не сможет от него избавиться. Стас же, похоже, не ожидал, что она скажет такое при всех, и долгое время не мог прийти в себя.
— Стас… — обеспокоено окликнул его Итон.
— Все нормально, это все эмоции. Это касается только нас двоих, не обращай внимания на то, что она говорит, — Стас вновь принял свой развязный и дерзкий облик. — Я пойду наверх.
— Кирочка, — Светлана передала детей Дмитрию и подбежала, чтобы утешить ее.
— Светлана Макаровна, все в порядке, не беспокойтесь обо мне. Я пойду наверх, я давно уже не принимала ванну. Хочется поскорее помыться, — произнесла она, в спешке поднимаясь наверх. Ей не хотелось ни с кем сейчас разговаривать.
Светлана волновалась о ней. Эти двое не так долго были вместе, и она боялась, что Кира могла пострадать.
