Дмитрий прищурился, придавая себе веса и стараясь вызвать трепет.
— Еще раз так на нее посмотришь — глаза выколю.
Майя сжалась, опустив глаза в пол. Скрючившись на земле, она мечтала об одном — убраться отсюда. Но бесполезно было даже пытаться.
Светлана взглянула на Дмитрия. Зная его вспыльчивый характер, женщина надеялась лишь на то, что Майя умеет проявить такт, и ей не придется долго страдать. Ей, как всякой женщине, было не чуждо сочувствие и сострадание. Пусть Майя и угрожала ей, то Светлана была готова дать девушке еще один шанс.
Алексей подготовил два чистых стула. Дмитрий усадил Светлану на один из них.
Итон присел на корточки напротив пленницы и сорвал со рта скотч.
— Говори. Зачем свалила того ребенка на Светлану?
Майя упрямо молчала, опустив взгляд в пол.
Итон облизнул пересохшие губы и улыбнулся:
— По-хорошему, значит, не хочешь. Будем по-плохому?
— Хочешь убить — убей. К чему вопросы? — она по-прежнему не поднимала головы. — В этом мире выживает сильнейший. Я лишь насекомое под вашими ногами. И дело не в том, что я сделала что-то не так. Просто у вас есть деньги и власть.
Итон не удержался от смешка. Намекает на то, что они пользуются своим положением, чтобы третировать других?
— Эй, ты первая перешла нам дорогу, помнишь?
— Это она начала, — Майя наконец подняла голову и взглянула на Итона, остерегаясь смотреть на Свету. — Соблазнила Трифона.
Итон вновь усмехнулся. Светлана соблазнила Трифона? Она дура что ли ради него отказываться от Дмитрия? У этой женщины явно проблемы с головой.
Мужчина проанализировал ситуацию и понял, что такими темпами ничего не добьется, так что решил сменить тактику.
— Ты сирота, усыновленная Теребовыми. Они не могли иметь детей, но вскоре твоя приемная мать неожиданно забеременела и родила твоего «брата», — он вытащил и показал ей фотографию парня в кожаной куртке. — Твой брат, верно?
Майя обомлела. Они навели справки. Если знают про брата, то неужели и про ребенка раскопали? Трифон тоже в курсе?
— Копали под меня?
Это ее секрет. Об этом никто не должен знать. В порыве злости Майя вскочила, готовая перегрызть Итону глотку. Но из-за связанных ног женщина так же быстро рухнула обратно на пол.
Итон улыбнулся, понимая, что нащупал ее слабость. Он продолжал:
— Ты была беременна, родила ребенка, но…он умер.
— Закрой пасть! Заткнись! — Майя кричала, отчаянно мотая головой.
Слова Итона были подобны разрядам молний, разрывающих ее на куски, пробирающихся под кожу. Она то безумствовала, то замирила, лежа неподвижно, словно кукла.
В то же время Трифон, находящийся на втором этаже, нахмурился. Итон рассказал всего ничего, но это повергло его в шок. Майя была беременна и родила? Это новость его ошарашила. Теперь он понимал, какой сюрприз Итон имел в виду.
Трифон, сжимая перила, не сводил с Майи глаз. Он хотел лично обо всем ее расспросить. Водитель помог ему спуститься.
Голова девушки была опущена, волосы растрепаны. Исподлобья она вроде как заметила, что Трифон медленно приближается к ней на своем инвалидном кресле.
Трифон?
Она резко вскинула голову, широко распахнув глаза. Он тоже здесь? Неужели слышал то, о чем говорил Итон?
— Трифон…
— Что произошло? Зачем скрыла от меня? Как ты вообще умудрилась родить ребенка? — он нахмурился, осознав, что практически ничего о ней не знает.
Майя молчала, а он никогда ничего не проверял. Трифону казалось, что дело лишь в приемных родителях, которые плохо с ней обращались. Но беременность…
Для девушки это был большой удар. Она сжалась, мечтая спрятаться, просто исчезнуть, чтобы никому не попадаться на глаза.
— Говори, — тихо прорычал Трифон.
— Не могу! — Майя попыталась его перекричать.
Она хочет сбежать, скрыться и больше никогда не видеть ни его, ни этих людей. Больно. Хватит с нее уже этих мучений!
— Никто тебе не поможет, если продолжишь молчать, — Трифон был мрачнее тучи.
Майя взглянула на него, одновременно смеясь и плача.
— Мне и так никто не поможет. Все кончено, — ее губы дрожали, лицо вмиг побелело, словно она подумала о чем-то ужасном. Свет в глаза потух, и девушка какое-то время просто смотрела на Трифона.
— Презираешь меня?
Он покачал головой. Майя знала: лжет.
— Верно, я родила ребенка. Вынуждено, — она рассмеялась, и из глаз у нее полились слезы. — Это длилось три года. Я быстро сломалась.
В тот год красота Майи еще не раскрылась в полной мере, но уже вырисовывался прекрасный нежный образ. Брат тогда был совсем маленький и часто плакал по ночам. Так что приемный отец под предлогом усталости отказывался спать вместе с женой.
Однажды ночью разыгралась буря: жуткий ливень, гром и молнии. Даже привязанный в доме бык от страха начал бить копытом о стену. Майя в страхе спряталась под тонкое вонючее одеяло.
Внезапно раздался дверной скрип.
— Майя? — голос приемного отца.
Девочка высунула голову. Обычно ничего хорошего от приемной матери ждать не приходилось. Днем она заставляла ее работать: кормить скот, косить траву, стирать, готовить и копаться в земле. Она не работала разве что только во сне.
