— Ты даже не представляешь, как я хочу сделать тебе приятно.
Желание усиливалось, но Светлана нашла в себе силы отвернуть голову.
— Отодвинься.
Такими темпами будет сложно унять жар. Еще немного и они могу не сдержаться…
Дмитрий снял с жены передник, стараясь держать себя в руках. После он перевернулся и замер. Повисла тишина, они молчали. Только часы на стене не переставая отсчитывали время.
Где-то через минут десять Светлана решилась нарушить молчание.
— Ты ненавидишь меня в душе? Если бы я не сблизилась с Елизаветой Родионовной, то мы бы не оказались в такой ситуации.
Услышав рассказ Елизаветы, Светлана поняла, что Фадей очень дорожил Анфисой, но даже не подозревала, что он совершит такой безумный поступок.
— Нет. Я не до конца понимаю, но знаю, что у тебя были на то причины, — голос Дмитрия снова стал ровным, хрипота исчезла.
Светлана повернулась и нырнула мужу под руку.
— Знаешь, я влюбилась в тебя. Я хочу…
…вместо тебя позаботиться о тех, о ком не можешь заботиться ты.
Дмитрий постарался унять нахлынувшее чувство эйфории.
— Это признание?
— Пожалуй, что да.
Мужчина повернулся и, высвободив ее голову из своих объятий, посмотрел ей в глаза. Ресницы Светланы слегка подрагивали.
— Ничего еще не решилось?
Дмитрий поцеловал жену в лоб и заключил в объятия.
— Скоро. Отдыхай, ни о чем не волнуйся и ничего не принимай близко к сердцу. Все это временные меры. Просто доверься мне.
Это значило, что скоро произойдет что-то, о чем женщина не знает.
— Я тебе верю.
Дмитрий вновь повеселел и захотел разрядить атмосферу, чтобы жена перестала волноваться.
— Настолько доверяешь? Не боишься, что я сбегу с другой женщиной?
Женщина ущипнула его за спину.
— Только попробуй — ноги укорочу.
Она больно сдавила кожу. Дмитрий нахмурился.
— Если стану инвалидом, тебе придется обо мне заботится.
— Да. Я ведь не могу оставить детей без отца.
Если подобное и правда случится, и Дмитрий будет просто лежать целыми днями на кровати, он все равно останется отцом ее детей. Полноценная семья.
Дмитрий взял ее руки и скрестил на груди, приобнимая.
— Никуда я не денусь. Ты для меня единственная. При жизни мы будем лежать в одной кровати, а после смерти — в одном гробу. Я намного старше тебя, так что наверняка умру раньше. Не забудь сказать детям, чтобы положили потом меня к тебе.
Светлана подняла на него взгляд.
— Раз уж мы завели такую жуткую тему, то я предпочту после твоей смерти найти себе какого-нибудь симпатичного старика.
Мужчина не придал ее словам значения.
— Красивее меня не найдешь.
— Ну, чуть менее симпатичный тоже сойдет, — она будет довольствоваться малым.
— Заберу с собой в ад всякого, кто посмеет к тебе подступиться, — грубо бросил Дмитрий.
Светлана ничего не ответила. Разговор зашел слишком далеко, и оба предпочли больше не поднимать эту тему.
К вечеру Екатерина Алексеевна принесла еды. Дмитрий встал с кровати, чтобы открыть дверь.
— Должны быть, голодные? — улыбнулась женщина с порога.
— Что сегодня? — спросила Светлана, опираясь на спинку кровати. Она и правда была голодна.
Блюда были каждый день разные, так что Светлана с нетерпением ожидала приема пищи. В конце концов это вносило какое-то разнообразие в ее изолированную больничную жизнь, где она только и делала, что ела да спала.
Екатерина Алексеевна лукаво прищурилась и поставила коробку с едой на стол.
— Тебе точно понравится, — уверенно заявила она.
Послушав рекомендации врача, женщина нашла подходящий рецепт, от которого Светлану точно не стошнит. Наоборот, аппетит появится.
Ужин состоял из квашенной капусты, тыквы с яичным желтком, бефстроганов, салат с шпинатом, суп-пюре из кабачков и был разложен по тарелочкам.
Екатерина Алексеевна окинула взглядом сидящего на кровати Дмитрия.
— Я слышала, что если беременная женщина будет смотреть на красивые вещи, то и ребенок родится красивым. Вот специально купила эти тарелочки.
Ложки и вилки тоже были подобраны для составления комплекта. Тарелки расписывались вручную и обжигались по специальной технологии.
Дмитрий засунул руки в карманы. Его рубанка вся помялась. Он взглянул на жену.
— Послушай ее. А то, кто знает, вдруг страшненьким родится.
Екатерина Алексеевна знала, что он шутит и добродушно улыбнулась. Светлана же сверлила мужа взглядом. Сам он «страшненький».
— Мойте руки и садитесь есть, — гувернантка выложила все овощи на стол.
Дмитрий сопроводил жену в ванную, после усадил на стул и сел рядом.
— Съешь сначала уху, — он пододвинул ей первое.
Это поможет пробудить аппетит.
Светлана съела одну ложку. В ее еду обычно не добавлялись приправы, так что чувствовался лишь легкий вкус самих ингредиентов. Уха была густая и свежая.
Поев, Екатерина Алексеевна поменяла постельное белье. Она меняла его каждый день из-за жары. Кондиционер не включали, чтобы Светлана не простудилась, но женщина иногда сильно потела. Так что Екатерина боялась, что Светлане будет некомфортно.
Приведя постель в порядок, она пошла относить грязное белье, а когда вернулась, Дмитрий со Светланой уже закончили ужинать. Екатерина убрала со стола и спросила:
— Ну тогда я пойду? До завтра?
