— Я не знаю подробностей. До меня дошли слухи по этому поводу. Похоже, он схватил людей Дмитрия и запер в усадьбе. В результате случилось то, что ты видел. Он не может сдать человека, а спрятать его негде. Поэтому он и решил спрятать его у нас. Это не игрушки. Его отец разбаловал его в детстве, а так нельзя. Это парень уже стал наглым. Рано или поздно с ним что-нибудь случится!
Выслушав Евгения, Трифон погрузился в размышления. Кого из людей Дмитрия мог схватить Борис? Может быть, они схватили Светлану?
— но это просьба брата тещи, если вы откажете, обидите его.
Евгений не воспринял это всерьез:
— А мне все равно. Ему лучше с нами совсем не общаться!
Лидия Николаевна знала характер своего мужа. Если он настаивал на своем, не было никакого смысла в том, чтобы стараться переубедить его. Она невольно вздохнула. Ведь с братом они связаны лишь кровью, а муж важнее, в дальнейшем они будут жить вместе. Да и чувства к мужу у нее были глубже.
— Трифон, уже поздно. Иди спи. Раз Женя испытывает неприязнь к Борису, то я откажусь. Тем более, мы с ним все это время не поддерживали связь, ему было плевать на меня.
Трифон все еще хотел настаивать на своем, ради Светланы.
— Я знаю, что вы не хотите иметь ничего общего с таким человеком. Но вы ведь родственники, если вы будете наблюдать за всем этим, сложа руки, неприятность будет. В любом случае, мы с Фаиной скоро вернемся в Перевоз. Отдайте мне, я отвезу его к себе в город и найду ему место, где никто его не найдет его, и Борис замолкнет.
Евгений ничего не сказал, все еще не желая, чтобы Трифон касался этого вопроса. Но было очевидно, что он заботится о них, чему Евгений был очень доволен. Лидия Николаевна теперь еще больше винила себя за то, что не доверяла Трифону. Они столкнулись с трудностями, а он думал о них. Редко встретишь людей с таким сердцем. Если бы она знала истинные намерения Трифона, она бы пожалела, что выдала свою дочь за него.
— Лучше сделать, как говорит Трифон. Пообещаем Борису, привести человека в Перевоз, а не в наш дом, чтобы это не повредило нашей репутации. Как бы то ни было, он — мой брат, давай поможем ему? — она осторожно посмотрела на мужа.
Если бы ее муж не согласился, ей бы нечего не оставалось.
Евгений все еще продолжал настаивать на своем:
— Трифон, ты не знаешь, что делал этот Борис. Я не хочу вовлекать тебя, и я не хочу, чтобы ты имел что-то общее с ним, понимаешь?
— Я знаю, но мы — семья. — Выразил свои намерения Трифон.
Увидев его таким искренним, Евгений помолчал две секунды.
— Ты уверен, что это не скажется на тебе?
— Конечно, уверен.
Евгений не любил заниматься этими делами. Он взглянул на жену:
— Можешь позвонить брату. Это в последний раз. Дай ему понять. В дальнейшем вы не бедуете с ним общаться. Меня воротит только от одного взгляда на него. Твой отец не занимался им и усугублял его положение дел. Разве это любовь? Он вредил своему сыну.
— Поняла. — Лидия Николаевна похлопала своего мужа по спине. — пойди спать, я позвоню ему.
Женщина смотрела, как ее муж возвращается в комнату, прежде чем взять трубку, она взглянула на Трифона:
— Иди спи, а я завтра тебе все скажу.
— Я не хочу спать. Подожду, когда вы поговорите.
Лидия Николаевна набрала брату, вскоре раздался его голос:
— Ну что, поговорила с мужем?
— Прятать его у меня нельзя. Но я знаю, где он может скрыться. Никто его не найдет.
Борис сомневался:
— Где?
Разве в Белгороде было безопасное место, где можно было укрыться?
Борис грубо ответил:
— Если бы в Белгороде было место, чтобы его спрятать, я бы не стал звонить тебе.
К сестрам у него не было никаких уважений. Он считал, что все родственники обязаны ему помогать. Когда Лидия Николаевна услышала тон брата, ей стало не по себе. Она напомнила ему:
— Я — твоя старшая сестра.
— Знаю, иначе бы я не обратился к тебе. — Ответил он, как ни в чем не бывало.
Она закрыла глаза и вздохнула. Борис ее совсем не понял. В его глазах родственники были лишь теми, кем можно было воспользоваться.
— Спрячем его не в Белгороде, а в Перевозе. Если хочешь, встретимся завтра и обсудим. Не хочешь, твое дело. Я не позволю привести его ко мне в дом. — Показала свое отношение Лидия Николаевна.
Брат расстраивал ее. Она не хотела общаться с ним. Если бы она не была его кровной сестрой, то не стала бы заниматься его проблемами.
Борис хотел было показать свой характер, но в этот момент он был в отчаянье. Иначе бы он не стал попросить у своей сестры. Люди Андорова следили за ним круглосуточно. У него совсем не было свободы. Если бы все и дальше так продолжалось, местонахождение Сергея рано или поздно раскрылось бы. Сейчас у него совсем не было выхода, ему пришлось согласиться.
— Можно. Но, Перевоз, правда, безопасно?
— Раз я советую тебе, значит, он абсолютно безопасен. Но если ты не веришь, то ничего не поделаешь. — Лидия Николаевна собралась повесить трубку.
Борис поспешно сказал:
— Ладно. Завтра я скажу, чтобы Сергея привезли к тебе, да?
