Ольга не знала, что сказать, но она выросла с родителями, и относилась к ним лучше, чем сестры, росшие в других семьях. Она хотела во всем разобраться и боялась, что отца посадят.
— Все эти годы, что мы вместе с Женей, нам никогда не приходилось краснеть от обиды. У нас только Фаина. Муж относится ко мне и дочери с любовью и теплом, я не могу втягивать его в неприятности. Прошу вас, мама и сестры, отнестись к этому с пониманием. — Лидия четко обозначила свою позицию: втягивать мужа в мутную историю ради отца она не будет.
— Ты ведешь себя по-скотски! Не думаешь даже о жизни отца! — стукнул по столу разозленный Борис.
Сестры машинально посмотрели на него.
— Как ты можешь такое говорить?! — Четвертую сестру, Валерию, эти слова вывели из себя. Чтобы там ни было, но ведь они все родные брат и сестры, как он может так оскорблять члена семьи?
— Лидия объяснила, почему она не может вмешиваться в это дело, чего ты ее оскорбляешь? Ты что, даже не умеешь вести себя так по-хамски? — возмущалась Валерия, ей давно уже не нравилось, как неуважительно к ним относится брат. Она не могла здесь оставаться, и это не было связано с родителями.
— Хватить ссориться! — мать закипала от гнева. Хотя она понимала, что дочь была права, она не могла не злиться. Но, подумав о статусе Евгения, она усмирила свой гнев, чтобы уговорить дочь.
— Положение Жени могло бы быть нам полезным…
Лидия перебила мать:
— Ты сама знаешь, какой он порядочный и честный. Он не станет в это впутываться, даже если бы я его попросила. Если хочешь, чтобы он со мной развелся, можешь заставить меня с ним ссориться, скандалить, я сделаю, как ты хочешь, — Лидия намеренно переложила инициативу на мать.
Хотя Анна Валерьевна еще немного злилась на дочь, она не могла позволить, чтобы семья дочери распалась. И сказать было больше нечего. Она была матерью только для старшей дочери и сына, остальных она просто родила и совершенно никогда о них не заботилась.
— Если хочешь уйти, уходи. Мы и без тебя справимся, — Борису было тяжело смотреть, что его мать оказалась в таком тяжелом положении.
Встав к матери, Лидия сказала остающимся сестрам:
— Возможно, я поступаю неправильно, но я прошу меня понять.
Все сестры проявили благоразумие:
— Иди, мы понимаем, что у тебя все непросто. У каждой из нас есть свои сложности в семье. Просто эта неприятность произошла с нашим отцом, как бы мы ни были на него обижены, его нельзя бросить. Мы что-нибудь придумаем, не переживай.
По их словам было понятно, что с их точки зрения она плюет на отца, но Лидия не сожалела о своем решении. Она развернулась и вышла из дома с трудно определимыми чувствами. Как бы ей ни были отвратительны поступки отца, как дочь она не могла его критиковать.
Лидия села в машину и поехала домой. Вошла она только после того, как успокоилась, потому что не хотела нести в семью негатив из-за отца. Муж еще не вернулся с работы, дома была одна дочь.
— Ты одна? А где Трифон? — спросила ее Лидия.
— Я не знаю, ему что-то доставил курьер, и он ушел, не знаю, куда, — ответила Фаина. Заметив, что мама плохо выглядела, девушка поняла, что что-то было не так.
— мама, что с тобой?
— Ничего, пойду в спальню полежу. — Быстро подумав о другом, добавила: — а ты с мужем, когда собираешься возвращаться в Перевоз?
Ей совсем не хотелось, чтобы дочь оставалась тут, это было неподходящее место для жизни. Здесь все время случалось что-то нехорошее.
— Трифон еще не закончил со своими делами. Сможем поехать через несколько дней.
Когда в прошлый раз Трифон хотел поговорить с Дмитрием про Бориса, тот ускользнул от него и встретиться не удалось. Хотя сотрудничество было невозможно, он не мог просто так уйти. Ведь Алексей до сих пор был в больнице, хотя его жизни ничего не угрожало, травма была существенная. Разве он мог не отомстить за своего человека?
В эти дни он не сидел сложа руки: во-первых, он отправил людей расследовать деятельность Бориса; во-вторых, благодаря связям тести он установил контакты с несколькими влиятельными людьми. Трифон искал удобного случая взять реванш над Борисом, как приехал курьер.
Отправитель был анонимом. Внутри лежали бумаги и флешка, на которой оказалась запись хорошего качества. На ней были Борис и несколько мужчин на берегу моря, и он приказывал им утопить в море Сергея. Документы оказались уликами против Бориса.
Он вел расследование, чтобы найти доказательства вины Бориса, и сегодня они сами приплыли ему в руки. Сначала он не понял, кто их ему прислал. О Дмитрии он даже и не подумал, потому что тот не хотел с ним общаться, так он автоматически его исключил.
Однако эту посылку ему отправил именно Дмитрий. Хотя ему не нравился Трифон, он пользовался его услугами, когда это было возможно. Дмитрий часто делал свои дела чужими руками. Враги его врагов не были ему друзьями, но он мог использовать их как оружие. Узнав, что Трифон пострадал от Бориса, он понял, что Трифон не упустит случая отомстить. Если бы Борис обидел его людей, он бы тоже не остался в стороне.
