Мне не повезло оказаться в теле злодейки, когда её трагический финал уже совершился. Никаких «перевоспитанных» героев. Никаких влюбленных героинь. Никакого снисхождения со стороны неизвестного мне окружения.И здесь у меня лишь два пути: либо довериться странному парню, который страстно желает пробраться в мой родной мир, либо с головой прыгнуть в неизвестность, которая сожрёт, даже не подавившись.Выбор слишком очевиден.
Мне было темно.
Темно, больно и голодно, говоря точнее. А еще страшно. Слева, справа и сзади высились каменные стены, а впереди зияла решетка. Давящая на ум тишина иногда прерывалась далеким скрипом дверей, да отголосками чужой речи. Кажется, мои уши еще слышали мышиный писк, отчего сердце стучало как угорелое.
Ситуация дрянь, с какой стороны ты не гляди. Еще и подол порвался. В моих глазах даже потемнеть не успело, когда красивая, но бесполезная ткань лопнула прямо у шеи. Лишь дыхание сбилось и то, кажется, от волнения.
Я никогда не нарушала законов. Переходила улицу на зеленый, бросала мусор исключительно в мусорку, не вандалила или дебоширила. Я была примерной ровно настолько, насколько вообще это возможно для живого человека. Тем не менее, очутилась тут, в чужом теле, на страницах книжной новеллы. Попала в типичный седзе-гаремник, с академиями магии, принцами-драконами, темными властелинами и прочими клише. Попала не в кого-нибудь, а в злодейку.
Знаю, этот сюжет давно стал пошлым, но что имею, то имею. При этом судьбоносный грузовик отправил меня не за десять-пятнадцать лет до начала основных событий, а прямо в эпилог. На те страницы, где нельзя ничего изменить.
Та, в чьем теле я оказалась, была из важных шишек. Драгоценная дочь графского семейства, которой не доставало и таланта убийцы, и ума, раз ей в голову пришло, что подмешивать яд в чужой напиток лучше всего на глазах у честного народа. Что-либо поделать с этой дурехой я не могла. Момент «пробуждения» состоялся тогда, когда один из любовных интересов главной героини выбил бокал из ее рук. Очень удобно оказавшийся магистр всех существующих ядовитых наук подтвердил, что вино было разбавлено очень опасной дрянью, а я, как полная идиотка, стояла столбом и отчаянно не понимала, что же за люди грозной толпой надвигались в мою сторону. Лишь потом, когда грубые чужие руки подняли меня над землей и потащили прочь из огромного зала, понимание начало приходить. Окончательно моя незавидная судьба стала понятна в тот момент, когда юноша, слишком красивый, чтобы существовать в реальности, зло бросил:
— Тут-то тебе и место, Криста!
Слишком нескладная фраза, буквально точка в последней главе перед эпилогом, поставила все на свои места. Крист в романах было много, даже слишком, но все мое естество утверждало, что забросило меня в тело Кристы фон Лавгрейт, главной злодейки веб-новеллы «Выбор Мадлен». Я не видела своего лица. По пути не нашлось зеркал или луж, чтобы разглядеть его, но то, во что я была одета и тип фигуры, далекий от прямоугольника, прямо намекали на другую физическую оболочку.
Еще эти длинные волосы… Такого натурального блонда мне не приходилось видеть. В оцепенении я сжала одну из прядей. Нереально мягкая. Чувствовалось, что на каждый волосок в свое время потратили много времени и средств. Оттого было обидней понимать, что единственная хорошая вещь, которая будет поджидать меня тут.
Я читала много романов о перерождении. Сама, временами, фантазировала об этом, но очень быстро подобные мысли исчезали в ворохе рутины и банального довольства. Мне нравилась моя жизнь. Нравилась ее неспешная предсказуемость и то место, что досталось мне в судьбоносной лотерее.
Я не желала приключений. Все, чего требовала моя душа, пряталось в книгах, новеллах, мангах и манхвах.
Я НЕ ХОТЕЛА ЗАСТРЯТЬ ЗДЕСЬ, В МЕРЗКОМ ПОДОБИИ ТИПИЧНОГО ФЕНТЕЗИЙНОГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ, ГДЕ НЕТ ЭЛЕКТРИЧЕСТВА И НОРМАЛЬНОГО ТУАЛЕТА.
Тем не менее, кто меня слушал? Мне даже не дали шанса хоть что-нибудь изменить. Просто поставили перед фактом, что все. Игра Кристы подошла к концу. Здесь не было окон, я не знала, что за время суток стояло на дворе. Пять раз приносили тарелки с мерзкой едой, следовательно, сутки успели смениться минимум единожды.
Где-то там, за стенками камеры, творился пролог. Мадлен счастливо выходила замуж за возлюбленного, даже не зная, что автор в будущем даст им пять детей, прочие члены карманного гарема тихо страдали и дали себе обет безбрачия, а Криста в моем лице была обречена просидеть в темнице до скончания лет. Никто точно не говорил, сколько прожила злодейка, отчего мое заключение имело все шансы затянуться на целую вечность.
Все было бы проще, если бы меня казнили. Быстрая смерть куда лучше, чем то, что предстояло впереди.
Хотя, некоторые надежды я возлагала на мусор, который приносили в тарелках под названием «еда». Хотелось верить, что отвратительная серая каша может быть ядом в достаточном количестве. Эти надежды посещали меня на случай, если голодовка провалится, и я переступлю через отвращение, чтобы, наконец, поесть.
Никогда не голодала так долго.
Никогда не сидела в холодной каменной клетке.
Никогда не пыталась свести счеты с жизнью.
Вакуум лопнул, когда уши уловили звук приближающихся шагов. Тьма поредела, к прутьям подошли трое.
— Во, поглядите, во она!
