Времени до начала заезда оставалось ещё прилично, что позволило нам не спеша прогуляться по местным заведениям типа «быстрое питание» и приобрести на завтрак бургер с крепким зерновым кофе. Расположившись на верхнем ряду лавочек для болельщиков, мы неспеша жевали свой нехитрый завтрак и наблюдали как с каждой минутой желающих прибывает все больше и больше. Кто-то из них регистрировался для участия, а кто-то проезжал для того, чтоб поболеть за своих или просто насладиться зрелищем.
С булки моего бургера капнул майонез, и я опустил взгляд вниз, чтоб посмотреть не замаралась ли обувь и тут Игорь ткнул меня локтем в бок:
– Смотри, а вот и твой друг прикатился.
Подняв глаза, я заметил «красного» на Дукати. Он был не один, сзади его крепко обнимала девушка.
– А парень то не промах, девку с собой для поддержки притащил, – не унимался Игорь.
– Это ему не поможет, – мрачно отрезал я и засунул остатки бургера в рот.
Получив номер на регистрации «красный» отъехал в сторону. Спешившись и поставив мотоцикл на подножку он снял шлем, а за ним и его спутница повторила это действие. Я смотрел и не верил глазам. Эти рыжие волосы и хрупкая фигурка, я не мог ее ни с кем спутать – это была та школьница из поезда.
– Игорь, ты тоже ее видишь? – все же спросил я подтверждения у друга.
– Да, это та девчонка, которая назвала тебя раздатчиком непрошенных советов, как ее забудешь? – улыбаясь во весь рот ответил друг.
– Оля, ее зовут Оля, – протянул я, – но как она могла здесь оказаться?
– Этого, дружище, ты не узнаешь, если только сам у нее не спросишь, – грустно заключил мой товарищ.
– Любопытство конечно имеет место быть в этом случае, но к «красному» я не подойду, много чести, – отрезал я.
– А может она его сестра? – не унимался Игорь.
– Я бы ей тогда очень посочувствовал, – выдохнул я, вставая и направляясь на экипировку перед стартом.
Ольга
Ромин конь оказался красным, а сам он был весь в черном, даже шлем, если не считать белой надписи Duсati. В голове промелькнула мысль, что я очень кстати подобрала наряд, хоть мы с ним ни о чем и не договаривались.
Не снимая шлема, Рома поднял визор и улыбнувшись во все свои тридцать два зуба пропел:
– Мышонок, я очень рад тебя видеть, одевай шлем и отчаливаем.
