Впереди был единственный путь – узкий коридор, который упирался в стальную дверь с электронным замком. Пол был выложен длинными металлическими панелями. Когда Сарацин, делая вид, что наслаждается прохладой от кондиционера, наблюдал за входом в институт, он разгадал один из многочисленных секретов безопасности здания: под полом были спрятаны весы. Прежде чем ступить на металлические панели, необходимо было приставить закодированную карточку еще к одному считывающему устройству. Затем компьютер сличал имя на карточке с базой данных, которая проверяла вес входящего.
Если бы не эта мера предосторожности, Сарацин мог бы просто схватить Тласса за шиворот и пройти вслед за ним, но если бы два человека одинакового роста одновременно встали на весы, это автоматически заблокировало бы вход в здание.
Сарацин, так и не снявший хирургических перчаток, провел по считывающему устройству карточкой Тласса. Он ступил на весы, не имея ни малейшего понятия, при каком допуске на ошибку срабатывала система, готовый к тому, что с потолка сейчас опустятся жалюзи и он окажется в ловушке.
Но ничего не случилось: догадка, что Тласс весил столько же, сколько и он сам, оказалась верной. Последним препятствием был сканер системы идентификации по сетчатке глаза. Сарацин поставил контейнеры со льдом на выступ и взял в каждую руку по глазу, заранее отметив, какой из них левый, а какой правый. Держа скользкие шарики между большими и указательными пальцами рук, он сильно прижал их к своим векам, костистым глазным впадинам. Ничего не видя и уповая только на милость Аллаха, Сарацин повернулся лицом к сканеру на стене.
Он знал, что перчатки на руках не создадут проблем: система была сконструирована таким образом, что не реагировала на пластик, металлическую оправу очков, контактные линзы, косметику и тому подобное. Ее интересовало только одно: кровеносные сосуды на оболочке задней части глаза, рисунок которых уникален для каждого из шести миллиардов живущих на Земле и разнится даже у однояйцевых близнецов.
Фирма-изготовитель этой системы утверждала, что данное устройство обмануть невозможно. Действительно, сетчатка глаза после смерти очень быстро разлагается. Вопрос заключался в том, будут ли глаза, взятые у живого человека менее трех минут назад, содержать достаточно крови, чтобы убедить компьютерную программу: перед сканером стоит Башар Тласс собственной персоной. Едва ли кто-нибудь прежде пытался это выяснить, и Сарацин мог узнать ответ исключительно опытным путем.
Наблюдая за проходной, саудовец подметил, что большинство людей стояли перед сканером секунды две, поэтому он заставил себя досчитать до трех и только тогда отвернулся. Бросив глаза Тласса в лед, Сарацин направился к металлической двери в дальнем конце коридора. И вновь он стал считать: по его наблюдениям, никто не ждал, пока она откроется, дольше четырех секунд.
Медленно досчитав до шести, наш герой понял: надо бежать. На случай неудачи он разработал следующую стратегию: разбить окно из толстого листового стекла, если система заблокирует карточку-ключ и двери. Вырвавшись наружу, добраться на внедорожнике до мусорной свалки, которую он приметил загодя, уничтожить там труп Тласса, а потом пройти пешком двадцать миль до автовокзала. Сесть на автобус и уехать из страны (Сарацин надеялся, что ему удастся пересечь границу раньше, чем ее закроют).
На счете «восемь» он уже поворачивал назад. Весь его план рушился, и Сарацин испытывал ненависть к самому себе. Страх молотом стучал в висках, заставляя дорожить каждым мгновением, но тут стальная дверь вдруг открылась, и он оказался внутри.
Причина этой задержки так и осталась для него тайной: возможно, едва заметные изменения в глазах сбили систему с толку и вынудили ее использовать более сложный алгоритм или она пробуждалась из режима ожидания – это его уже не волновало. Через открывшуюся стальную дверь в конце коридора саудовец вошел в большой зал, испытывая от достигнутого успеха настоящую эйфорию. Но вскоре восторг его поутих.
Высокие стены, колючая проволока, камеры наблюдения – в силу этого все его представления об институте ограничивались фасадом здания. Располагая столь скудной информацией, Сарацин прикинул приблизительные размеры учреждения, но, как оказалось, серьезно, а может быть, даже фатально ошибся. Очутившись сейчас в зале, он понял, насколько велико его пространство.
Один Аллах знает, как много времени придется потратить, чтобы найти в таком огромном помещении то, что ему нужно. А там, во внешнем мире, скоро обнаружат исчезновение Тласса. Когда члены его семьи или друзья не смогут дозвониться ни в офис, ни на мобильный телефон, кто-нибудь, несомненно, станет искать его на автостоянке.
Сарацин не знал, сколько времени в его распоряжении, – может быть, поиски Тласса уже начались. Он понимал, что ему надо торопиться, а задача, стоящая перед ним, чрезвычайно трудноразрешима. Говоря словами турецкой пословицы, ему предстояло выкопать колодец при помощи иголки.
