Сын тихонько спит в своей кроватке. Посапывает. Мне бы заниматься тем же, вот только у меня в голове есть вопросы, на которые нужно получить ответы. И самый важный и громкий — почему он выбрал меня? Нет, вы не подумайте, за последнее время я научилась себя любить и ценить. Но Дмитрий Сергеевич... Вы его просто не видели. Таких называют пламенными жеребцами. Красивый. Статный. Мужик на загляденье. Да, характер отвратительный. Но это узнаешь уже потом. А вот по началу западаешь на этого двухметрового бородача и слюнки бежать начинают. Я ведь видела, как на него девушки на работе смотрят, а они даже о характере его знают. Знаю, что многие пытались его уже не раз на корпоративе напоить и в кровати его оказаться. Вот только он не давался. Еще ни одной не удавалось. Только мне так повезло. А я ведь совсем не планировала и не хотела. Он же меня и сейчас бесить продолжает. Заявил мне, что у нас с ним что-то получится. И мнения моего не спросил! Тут же фыркаю от собственных мыслей. Это он пошутил так, чтобы меня побесить. Сдалась я этому тирану бородатому.
И вопреки всем этим мыслям становлюсь напротив зеркала. Включаю тусклый свет ночной лампы. Так, чтобы не попало на малыша и не дай бог не разбудить его. Направляю так, чтобы отражение свое в зеркале видеть. А ведь я и правда хорошо похудела. Живот практически ушел. Ноги тоже подтянулись и стали как будто даже длиннее и стройнее. Лицо вот как изменилось. Щеки хомяка ушли, скулы вон как просматриваются. Я стала даже немного симпатичней. Это факт, нужно признать. Но неужели настолько, что сам начальник на меня запал?
Все эти мысли возбуждают меня настолько, что даже Нинке хочется позвонить. Все рассказать и обсудить эту тему. Хотя я и так знаю, что она дурой набитой меня назовет, как только услышит мои размышления о том, что Тиранович не мог и в сторону мою посмотреть. Подруга всегда говорит о том, что я красотка, только сама себя загоняю и нагоняю комплексы. Пора уже смотреть правде в глаза, только так, чтобы она не ослепила. Желательно в солнцезащитных очках. Растягиваю губы в улыбке. Нинка моя самая яркая и позитивная поддержка. Ладно, звонить подруге в два часа ночи это просто издевательство. Завтра буду поражать ее своими глупыми вопросами.
Выключаю свет. На цыпочках иду обратно к кровати. Засыпаю буквально сразу. Сон приходит за несколько секунд и уносит меня в приятные сновидения.
— Опять из своего этого пакета есть будешь?! — Мама недовольно шипит в сторону моего дневного рациона. Мне кажется, еще немного и она начнет выкидывать потихоньку мою еду. Она как будто воспринимает этот пакетик как прямого конкурента.
— Мамуль, с твоими голубцами не сравнится ни один пакет, ни даже десять, — целую ее в щеку и сажусь за стол.
Настроение просто прекрасное. Открываю свой контейнер с надписью "завтрак" и начинаю уплетать капустную запеканку. Сегодня она кажется намного вкуснее обычного. И день сегодня такой яркий, радостный.
— А ты что счастливая такая, случилось что-то? — Мама прищуривается. С подозрением на меня смотрит.
— Настроение хорошее, — пожимаю плечами, — а что, для этого причина особая нужна? — Совершенно не понимаю к чему ведет мама. Отправляю в рот новую порцию запеканки. Мать же продолжает меня с подозрением рассматривать.
— И накрасилась иначе. Костюм новый надела...
— А еще проснулась и разговариваю, наверное, как-то не так? — Шутливо выдаю в ответ. — Это не связано с той машиной, что вчера тебя до дома подвозила?
Я тут же закашливаюсь от вопроса мамы. Меня вчера Тиранович до дома подвозил. И только потому, что прилип как банный лист и не дал возможности отказаться. Я даже не думала, что мама видела. Потому что вчера она и слова не сказала.
— Это такси было, — отмахиваюсь от мамы. И отправляю новую порцию запеканки в рот.
Мамуля поджимает губы. Смотрит на меня так, будто я малый ребенок и игру себе не по зубам выбрала.
— Какие у нас таксисты нынче пошли. Ответственные, — произносит хмыкая. Я же хмурюсь, о чем это она говорит?
— Я не понимаю к чему это, мам. — Разговор и правда сворачивает не туда.
— Ты еще такси вызвать не успела, а машина вон уже у двора стоит. И та же, что и вчера домой тебя подвозила. Прямо чудеса какие-то.
У меня вилка из пальцев выпадает и с громким гулом приземляется на тарелку.
Мама как-то хитро улыбается, а я бросаюсь к окну. Черт! Машина начальника и правда стоит возле нашего двора. Какого черта?! Что он здесь делает?!
— Ты, может, поторопись, — продолжает нагнетать мама, — а то там отец во дворе, сейчас как познакомится с твоим таксистом...
— Та твою же...
Срываюсь с места, про пирог полностью забываю, как и про еду на обед, хватаю сумку, впрыгиваю в туфли и несусь на улицу. Нельзя папе разрешить с Тирановичем знакомиться. Эти двое точно друг друга поубивают.
Я сажусь в машину Дмитрия красная и запыхавшаяся от бега. И еще злая. Потому что мой отец сейчас стоит посреди двора и подозрительно смотрит в нашу сторону.
— Доброе утро, — произносит мужчина.
— Не уверена, — тут же шикаю в ответ, — мы можем отъехать от моего дома?